Отрок. Перелом

А с харчем… Отдарюсь…

– А отец Михаил-то что сказал? Он же всегда спрашивает, за кого свечка? – живо заинтересовался Андрон.

– А… – отмахнулся Фаддей, – найдется, что сказать!

– Ладно, поржали, и хватит, – вернул всех к серьезному разговору десятник. – Нельзя нам отныне каждому только за себя думать и за себя жить. Мы тому же Корнею только десятком нужны. Фаддей вон мечник хоть куда, а сам по себе много ли стоить будет? Или Петруха… Для стороннего – дурак-дураком, как дитя тешится, а попробуй кто другой додумайся до того, что в бою да наспех его голова может при нужде выварить? Сколько раз нас его смекалка выручала? А все одно без десятка те мысли ничего не стоят.

– Ну так это понятно… – вклинился Андрон, когда Егор остановился передохнуть. – К чему клонишь?

– Да к тому, что нельзя нам теперь только своим хотелкам служить! Фаддей, слышь? Ратник ты знатный и просто человек неплохой, но сколько бед тебе твоя дурь принесла?

Чума снова поерзал, пристраивая многострадальный зад на скамье, теперь уже на тулупчике, и выдал, словно ежа родил:

– Ну, дурак я… Ну, до хрена чего было… Ну так сам и расплачиваюсь!

– Верно, сам! Только теперь, если ты надуришь, всему десятку мороки добавится! И терять такого бойца по глупости мы себе позволить не можем.

– Говоришь-то ты верно, а к чему? – подал голос и Арсений.

– Да к тому, что теперь это всех нас касается. Если видишь, что Фаддея в дурь несет, так и останови его.

– Угу, остановишь его! Снесет на хрен и ноги вытрет! – фыркнул Арсений.

– А если он нам всем поклянется, что когда дадим ему знак, дескать, не к месту буянит, то он пойдет поперек себя и отступит?

– Да можно, конечно… – Арсений, похоже, о таком и не думал, – только вот сам-то он что скажет? Слышь, Фаддей? Ты как? Согласен?

Чума уставился в столешницу, помолчал, затем не поднимая головы, выдавил:

– Эт вы что? Со мной, как с мальцом сопливым, стало быть? Не годен? Возни со мной много?

– Да я с тебя и начал, потому что с тобой все просто! Ты хоть дуришь, но совсем уж разума не теряешь, и себя для дела способен окоротить.

Вот с Арсением что делать будем, не знаю…

– А я что? – взвился Арсений. – Чего ты во мне углядел?

– А и глядеть нечего! – поддержал Егора Андрон.

 – Все хорошо, а как драчка чуть больше тараканьей, летишь, что бык за течной коровой. Словно голову дома на печи оставил.

– Вот и я о том. Но пока… Фаддей, согласен? Никто в твою жизнь лезть не собирается, просто от дури твоей тебя отводить придется. А знак тебе… Ну вот хоть то же кольцо. Как крутанет его кто из нас на пальце, значит, остановись, не дело делаешь. Согласен? Даешь слово?

Фаддей еще раз посмотрел под ноги, затем оглядел друзей и…

– Даю! – словно колоду дубовую развалил.