Связной

Я ведь прежде в контрразведке служил, вот мы таких и отлавливали.

— А чего это вдруг тебя в таком случае на передовую отправили?

— Расстрелял одного из них, не разобравшись, вот начальство меня и наказало.

Неожиданно на фоне полной и яркой луны вдруг раскрылся купол парашюта. Зависнув, он предстал темным пятном, а затем, увлеченный ветром, стал приземляться на пашню.

— Взяли автоматы и бегом! — распорядился старшина. — Это где-то километр отсюда будет.

Сбивая дыхание и стараясь не шуметь, бойцы выбежали на край поля, где диверсант припрятывал парашют.

Наконец он распрямился и, не заметив спрятавшихся в тени красноармейцев, зашагал по проселочной дороге.

— Перекрой ему дорогу, — посмотрел на Степана старшина, — а мы через поле. Прямо к нему!

Диверсант в форме майора Красной армии шел с беспечным видом. Оглянулся лишь однажды, когда отходил от места, где запрятал парашют. Так идти может только человек, уверенный в том, что впереди не шарахнет мина, не прозвучит автоматная очередь, а на дороге не будет заложен фугас. Человек, привыкший к тылу, или тот, кто уже давно не бывал на передовой и считал, что не попадет под шальную пулю.

— Стоять! — громко произнес старшина, направив автомат в грудь майору.

— В чем дело, товарищ старшина? — громко спросил тот, ничуть не смутившись.

Луна светила ярко, и с расстояния в несколько метров можно было рассмотреть лицо майора. Физиономия лощеная, самодовольная. Смотрел прямо и очень уверенно. В глазах ни капли страха.

— Куда направляешься?

— Извольте обращаться к старшему по званию по воинскому уставу, — строго сказал майор.

 — И опусти автомат, не ровен час, пальнешь еще сдуру!

— Потерпишь. Документы, майор!

Подошел Степан, заслонив дорогу. Ефим зашел с другой стороны, небрежно вскинув автомат. Теперь майору пробиваться только с боем. Но силы не равны, вряд ли отважится.

— А вы комендантский патруль, что ли? На каком основании я должен показывать вам документы? — Майор держался уверенно, поглядывая то на одного, то на другого красноармейца.

— Так ты нам еще вопросы задавать будешь? Поднял руки! — приказал старшина.

— Вижу, что вас не убедишь, но мы с вами еще поговорим в комендатуре.

Там вас научат, как положено разговаривать с офицером. — Скинув вещмешок, майор поднял руки.

— Ефим, обыщи его!

Красноармеец, закинув автомат за спину, подошел к майору и проворно постучал по карманам. Вытащил из кобуры пистолет, передал его сержанту, затем достал какое-то удостоверение.

— А это, никак, документики.

— Прочитай, что там написано, — сказал старшина.

— Командировочное удостоверение… — зачитал сержант.