Пограничье

От неожиданности я попятилась и наступила на подол своей импровизированной тоги, опустила глаза, чтобы проверить, прикрыты ли все стратегически важные места и застыла с открытым ртом: золотой дракон медленно и неотвратимо покидал пределы своего покрывала, перетекая в реальность.

   — Павлик! — взвизгнула я, не зная, что делать.

   — Прости... — простонал сыщик, а древний ящер цвета полуденного солнца обнял меня горячими крыльями и жарко выдохнул в лицо. В воздухе запахло грозой, а мое левое плечо, то самое, которое много лет назад изуродовал Арнульв, пронзила острая, почти нестерпимая боль.

   — Что за?.. — стиснула в кулаках прохладную лазурь покрывала и губу закусила, борясь с рвущим кожу, мускулы и сухожилия огнем.

   Рот наполнился соленой слюной. Видимо, губу прокусила и даже не заметила этого.

   — Павлик! Зараза! — зараза как раз подлетел ко мне, на ходу срывая с себя форменный китель. — Убью тебя!

   — Э-э-э-э... — пробормотал длиннорукий пьянчужка, который явно приложил свои старания к моему нынешнему состоянию. — Я не понял... Сговора не было что ли?

   — Был-был! — засуетилась Лорридис. — Как же без этого-то, са'асэй!? А давайте я вас настоечкой угощу?

   Мама Эро по широкой дуге обошла нас с Павликом и, подхватив мужичка под локоток, потянула его к выходу.

   Мужик немного завис, потому что именно в этот момент Павлик накинул на мои плечи свой китель, а потом стремительно содрал с меня мое покрывальце.

   Я просто взвыла и решила, что убивать сыщика буду очень-очень медленно.

   — Ох-х-х... — выдохнул помятый тип, а меня тем временем прижали к широкой груди и прорычали гневно:

   — Мама, кроме шуток, — огонь с плеча перекинулся на всю руку, и она теперь пульсировала и горела, я же реально рассматривала вариант отгрызть нестерпимо ноющую конечность, — я сейчас не в том настроении!

   Дверь скрипнула, и мы, видимо, остались одни, потому что в голосе Павлика осталась одна лишь забота и нежность:

   — Очень болит, Сонюш?

   — Ж-ж-ж-ж-жуть просто... Что?

   — Сейчас все исправим...

   Отступил от меня на шаг и быстро-быстро задвигал руками, словно снежок лепил. Но это был не снежок.

   Видимо, Эро решил добить меня в память о нашем товариществе, ну, и просто из благородных побуждений. Огненный ком в его руках все рос и рос, а потом он просто запустил в меня им. Я вскрикнула, закрываясь от летящего огня выставленной вперед рукой, а когда пламя коснулось моей кожи, потеряла сознание. Просто выключилась, как смешная заводная кукла, которую мы с папой Родом как-то видели на Ярмарке талантов.

   Ярость накатывала волнами.

   До болезненности обостряя нюх, она будоражила и пробуждала древнюю, как жизнь жажду крови.