Последнее лето ярла Ульфа

 – Погубят тебя нурманы!

– Убить меня они и сейчас могут, – рассудительно ответил тот. И уже нам: – Кидайте веревку!

Ухватив конец, Станята в одиночку (могуч) подтянул расшиву к драккару, взобрался на борт лодки, откуда совместными усилиями Хавура Младшего и братьев Крумисонов его увесистую тушку втащили на «Клык Фреки».

И впрямь кузнец. Борода короче должного и местами курчавится очень характерно. Такое только от жара бывает.

Я встал напротив и глядел в упор, пока ватажник не склонил голову. После чего снизошел до приветствия:

– Я – Белый Волк, ярл данов и князь кирьялов. Слыхал обо мне?

– Тот самый, что свеев побил?

Приятно, когда слава о тебе расходится. Причем добрая слава. Станята заметно расслабился.

– Мой брат Свартхёвди и сын Виги. Жену мою ты уже знаешь. Скажи мне, Станята, что делать будешь? Обратно пойдешь?

– Новый Город точно взят?

– Так мне сказали. И я думаю, это правда. Я знаю Скульда-ярла. Его воины не хуже моих.

Станята поглядел на обступивших нас бойцов, поразмыслил и решил:

– Четырнадцать кораблей, – напомнил я. – Переймут. Иди-ка лучше обратно.

– Осенью опять придешь. Может, уже и уйдут нурманы. Хотя могут и остаться.

Помрачнел. Понимаю. Та еще перспективка.

– Ладно, – сказал я, – помогу тебе. Вижу, что нужда у тебя. Железо нужно? В слитках? В изделиях? Посуда хорошая есть. Ткань. Глянь туда, – я показал на вставшие в отдалении кнорры, мои и Кольгримовы. – Там много добра всякого. Поменяемся?

– Ну… – Станята замялся. С чего бы, интересно? Это ж отличное предложение.

Оказалось, есть причина.

– У нас с купцом Дорожем ряд, – признался ватажник. – Пока долг не отдадим, товар только ему.

– И цену, небось, занижает Дорож?

– Четырнадцать гривен с четвертью.

Больше пяти кило серебра. Изрядно по здешним меркам. Но не по моим.

– Дам, – пообещал я. – За пушнину. Как у тебя товар, годный?

– А как же иначе! – Станята даже обиделся слегка. – Лучший товар! Куница, горностай, соболь, лиса черная и голубая! Выделка лучшая! Хоть каждую обнюхай, нигде гнили не учуешь!

– Верю, верю, – успокоил я ватажника.

Надо же. И песец имеется. Откуда, интересно?

– Скидку мне сделаешь от новгородского рынка? Скажем, треть? Всяко больше, чем этот Дорож вам дал бы.

– Ладно, четверть, – великодушно уступил я. Хорошо быть добрым, когда цены здесь и там различаются на порядок.

Но сам я этим заниматься не буду. На то у меня нынче жена имеется. Торговаться она умеет, цены здешние знает, справится.

– Зарёнка, забирай у них все, – сказал я по-скандинавски. – И выдай для начала им серебром, чтоб долг купцу сразу отдать могли. Если выжил Дорож этот, ему пригодится. И Кольгрима тоже не забудь. Он нам почти родич.

– Уж не забуду, – пообещала Заря.

– Вот и ладно! Оспак! Дай знак всем, чтобы к берегу шли.