Правила обманутой жены

Снявши голову, по волосам не плачут. Один, другой — какая разница? Главное, чтобы сыночку моему было хорошо.

— Платон Александрович, можно мне кофе выпить? — попросила я.

Он не успел ответить.

— Можно. Босс разрешает, — Мамикон подхватил меня под руку и мягко повлек к выходу.

Два здоровых телохранителя пошли за нами.

— А кто эти ребята? — спросила я.

— Племянники, — объяснил Мамикон. — У меня их много. Я же дядюшка!

Он ее просто увел. И все. Мамикон мог позволить себе многое и пользовался своим положением. Он настолько привык, что ему никто не перечит, что давно не интересуется мнением окружающих.

Даже мнением Платона, который будучи его бизнес-партнером, очень много знает о нем. Мамикон не упомянул при Наде, что в эту галерею вложены его деньги, и немалые. Но это было понятно и так по его хозяйскому поведению.

Ладно, делать нечего. Этот раунд уже проигран. Платон сел за компьютер, начал просматривать документы и еще раз проверять приглашения. Связался с фирмой, обеспечивающей безопасность и со страховщиками. Но все это время он злился. Да так, что почти не мог сосредоточиться.

Нет, так работать невозможно! Он шумно выдохнул.

Чтобы успокоиться начал просматривать на телефоне свои ночные наброски, которые сфотографировал утром. И вдруг понял, что не так. Какой-то быдляк увел его бывшую жену. Теперь еще один наглец увел его натурщицу. Ты лох, Платон. У тебя все время уводят женщин. Он вскочил с места, выбежал из галереи и бросился к машине.

Любимые места любвеобильного партнера он знал, как свои пять пальцев. Мамикон, наверняка, повез Надю в итальянский ресторан. Там такая выпечка, которой просто нет во всей Москве. А дальше: завтрак, плавно переходящий в ужин, и… ну нет.

Не в этот раз!

Отказов Мамикон не понимал. Свою линию гнул четко. И всегда умел уговаривать женщин. С шутками-прибаутками и истинной кавказской щедростью заманивал их, как паук в свои сети. Как-то Адель, наблюдая за процессом заарканивая очередной красотки, сказала Платону:

— Ни один мужик не умеет так ухаживать, как кавказец. Умный кавказец, хорошо воспитанный, образованный и, главное, юморной. Мертвую уговорит!

— И тебя? — шутя спросил Платон, конечно, ожидая, что она с возмущением скажет, что нет.

— И меня, — улыбнулась Адель.

После этого Платон тщательно следил, чтобы Мамикон не

оставался надолго наедине с его женой.

Стол уже ломился от бисквитов, кофе, сыров ручной работы, изысканных ягодных кремов, а Мамикон все заказывал. Он наполнял мою тарелку, даже не спрашивая. Резал всё на маленькие кусочки, словно я ребенок. Уговаривал попробовать это и то. Я отбивалась, грозилась лопнуть. И вдруг поняла, что мне очень приятно. Каждый съеденный мной кусочек доставлял Мамикону такое удовольствие, что он сиял.