Правила обманутой жены

 — Папа этого радикулита еще не женился на его маме! С радостью, вай! — воскликнул он, пытаясь развести в стороны глаза, которые намертво сошлись на переносице.

— Отлично! — Соломоновна поправила высокую прическу. — Теперь молча восхищаемся и в таком приподнятом состоянии духа и тела быстро перебираем опорно-двигательным аппаратом в сторону коктейлей.

Мамикон бросился в угол зала к столику с напитками.

— Работы непочатый край! — вздохнула Соломоновна. — Генерала я уже малость объездила. А этот ещё совсем не дрессированный.

Она достала из сумочки очки, воровато оглянулась.

, приложила их к глазам, как бинокль, держа за одну дужку, и внимательным, долгим взглядом осмотрела снизу вверх Мамикона, который брал со столика коктейли.

— Так, у заде все у порядке, — деловито сообщила она. — Спереди вроде тоже, но не точно. Мне давно нужно очки поменять.

— Соломоновна! Прекрати! — я попыталась отобрать у нее очки.

— Таки что? — она быстро спрятала очки за спину. — Ты шо на базар ходишь с закрытыми глазами? Я ж должна видеть заранее тазобедренную композицию и причину.

— Еще не знаю. То ли для радости, то ли для грусти, если там у него всё похоже на мою жизнь, — Соломонова снова приложила очки к глазам и прищурилась.

 — Шобы мне потом не пришлось плакать и самой себе говорить: «Виолетта, полюби его сзади, спереди и привыкнешь!» — в ее сумочке зазвонил телефон.

Она озабоченно взглянула на экран.

— Всё, коктейль отменяется. Генерал уже занял боевую позицию и роет землю копытом, — она чмокнула меня в щеку. — Побежала. Шкильда, не теряйся тут! Шобы завтра доложила об успехах на личном фронте, потому что приличных мущинок тут даже больше, чем карманников на Дерибасовской, — она убежала.

Мамикон как раз подошел ко мне, держа в руках три высоких бокала с коктейлями.

— А где эта то ли девочка, то ли виденье, целую ее мысли? — огорчился он, оглядываясь по сторонам.

— Убежала. Она у нас нарасхват, — улыбнулась я.

Но улыбка быстро сползла с моего лица. Потому что в зал зашла Адель, держа под руку моего Диму.

Адель шла по залу, непрерывно здороваясь и раздавая воздушные поцелуи. Ее обнимали, шуточно кланялись ей, наперебой предлагали коктейли и шумно радовались встрече. Дима явно был не в своей тарелке.

Он набычился, цапнул с подноса пробегающего мимо официанта коктейль, спрятал лицо в бокале и неловко косолапил, идя за своей любовницей.

Зато Адель чувствовала себя, как рыба в воде. Вернее, как золотая рыбка в дорогом аквариуме среди себе подобных. Она была одета в золотистое платье, состоящее из мелких, едва заметных глазу чешуек. Волосы шелковой волной струились по плечам. Макияж был золотистым в тон платью. А в руках она держала удивительную сумочку, которую не пропускала ни одна женщина в зале.