Пристрелите нас, пожалуйста!

Странно, но она была спокойна. Голова ясная, дыхание ровное. Сколько раз за этот нескончаемый день поменялись ее планы? И час – это вечность. Всякое может случиться. Она вновь стала рыться в коробках, чтобы одеться самой. Еще один свитер не помешает. На улице и в самом деле холодно.

Аркадий Павлович трясущимися руками снял пиджак.

– Мы пока живы, – сказала жена, тоже утепляясь. – У нас есть время. Хоть немного, но есть. Мы еще можем что-то сделать.

– Перестань ты упоминать Господа! Бог нам сейчас не поможет! У нас есть мобильный телефон! Надо подумать, кому еще следует позвонить! В конце концов, соседи нам могут позвонить! Родственники! Есть масса вариантов!

– Да. Телефон. – Телятин немного успокоился. Как же он забыл про всесильного телефонного бога? Который решает все проблемы, если знать нужные молитвы. – Надо звонить. Пока не сядет аккумулятор, я буду звонить.

– Что ты сказал? – похолодела жена. – Пока не сядет аккумулятор?!

– На чердаке столько вещей, – пробормотал Аркадий Павлович, шаря взглядом по картонным коробкам. – Нет ли здесь случайно и зарядного устройства?

– Вот как тебя назвать? – всплеснула руками жена. – Растяпой?

– Но сегодня же праздник! Я не собирался выходить из дома! И откуда я знал, что нас запрут на чердаке? У меня ведь не один мобильный телефон, а целых три, – начал оправдываться Аркадий Павлович. – И домашний есть. И Интернет. Ну, откуда я мог знать?

– Покажи, – велела Ульяна Федоровна. Батарейка была почти на нуле. Она мысленно отругала мужа так, что самой стало стыдно. – Значит, нам надо экономить звонки. Давай подумаем, кто может нас выручить? Так, чтобы наверняка?

– Давай подумаем, – эхом откликнулся муж, и Ульяна Федоровна поняла, что он полностью отдал инициативу ей.

«Если мы спасемся, то по моей инициативе», – решила Ульяна Федоровна и присела на краешек вышедшего из моды дивана.

Пасьянс, который не сошелся

В то время как некто по фамилии Ситников вел переговоры с хозяевами, Иван Петрович пытался довести до конца свою собственную партию. Он, как и предполагал, легко открыл дверь в гостиную. Вошел туда не без опаски и, подумав, прикрыл за собой дверь. Мелькнула мысль об оставленных повсюду отпечатках, но тут же на смену ей пришла другая, разумная: огонь все уничтожит. Хорошая мысль – поджечь дом. И время для этого подходящее. В Рождество все запускают фейерверки, а уж в коттеджных поселках для нуворишей это норма жизни.

Он прислушался. Словно в ответ на его мысли раздалось шипение, будто гигантская змея начала плеваться ядом, и, разбившись о небесный купол, огромная капля лопнула, раздался грохот, во все стороны полетели искры. Разозленная змея, решившая своим плевком во что бы то ни стало сбить луну, повторила попытку.