Измена. (не) Любимая жена (СИ)

То есть эта дрянь ни на рабочее место явиться не спешила, ни на звонки высшего начальства не отвечала.

Тут просто идеальное комбо на увольнение.

Он заставил себя на время отложить телефон, не швыряя его на столешницу с риском раздолбать второй аппарат за эту неделю.

На эмоциях порывался позвонить Лиле, но проявил благоразумие и передумал.

Что он собирался выяснить в телефонном-то разговоре, когда она, утомлённая их бесконечными ссорами, могла в любой момент послать его подальше и отключиться?

Говорить нужно с глазу на глаз. К тому же, он очень хотел видеть её лицо, хотел быть рядом, чтобы понять истинные мотивы её молчания.

Разве это не естественный и самый верный порыв — поговорить с ним, после того, как не застала его на работе? Ведь что-то же ей приспичило выяснить?

Он снова и снова пытался вспомнить их вчерашний разговор по дороге домой.

Она спрашивала, как прошёл его день. Пыталась узнать…

Герман выпрямился в кресле, не совсем понимая, как реагировать на своё запоздалое открытие.

«Надеюсь… надеюсь, тебе не пришлось ни к кому применять силу в поисках этих ответов». И опасливый взгляд в его сторону.

Лиля догадывалась? Предполагала, что он отправился по следам Алексеева? Алексеева или кого-то ещё. Тут только она могла сказать наверняка.

А ещё она могла лучше знать, куда подевался совладелец магазина, в котором она работает. Человек, который тащил её в подсобные помещения в самый разгар корпоратива.

От тошнотворных воспоминаний его снова заворотило. Чёрно-белые кадры так и замелькали перед внутренним взором, трансформируясь в то, чего он на экране точно не видел.

Может, он не рассмотрел? Кажется, пока они вразвалочку шли по коридору, она улыбалась своему спутнику. А его рука спустилась ниже её талии.

Или память начинала играть с ним в опасные игры?..

Герман снова скосил глаза на планер — первая важная встреча по новой линейке продукции у него начнётся после обеда.

Он перевёл взгляд на телефон — тот по-прежнему издевательски молчал. Подчинённая не спешила выходить на связь и не спешила появляться в офисе. Если бы Марина наконец соизволила явиться на рабочее место, Ольга ему уже доложила бы.

С Мариной он обязательно поговорит. По работе — сообщит, что в головном офисе она больше не работает. По личному — всю душу из неё вытрясет, пока не узнает наверняка что творилось под дверями его кабинета вчера."

"И плевать, что после такого Игнатьева начнёт в открытую играть грязно — в ход пойдут связи, в том числе родственные, и природное коварство. Мстить Игнатьева могла и любила. Ей только дай достойный повод — и она покажет свою хищную натуру во всей своей неприглядной красе.

Но плевать.

Плевать, даже если после такого он окончательно и навсегда разругается с семьёй.