Туркестан

Туземец в папахе стоял и не спускал глаз с дверей. Что делать?

Титус сел на кровать и попытался рассуждать логически. Вряд ли его придут убивать сегодня – уж больно быстро. Им надо подготовиться, убедиться, что все чисто. Но вдруг? День уже потерян, записку Алексею не пошлешь. Надо ждать. Сидеть в номере и молиться Богу, чтобы барантачи отложили налет. Ну а если они все-таки явятся, то и здесь у Яана есть шансы. Сколько их будет? Двое-трое. А кто предупрежден, тот вооружен. В барабане револьвера шесть патронов. На выстрелы прибежит полиция. Но лучше бы они отложили…

Убийцы ничего не отложили. В одиннадцать часов Титус задул лампу. На кровати он сложил «куклу», напоминающую очертаниями спящего человека, а сам притаился у окна. Сердце билось все сильнее и сильнее… Давно, господин лесопромышленник, ты не был в переделке! Ладно. Леха вон влез в кровавую историю, и ничего, справился. И ты справишься.

Так, уговаривая себя, он стоял за шторой. В половине второго ночи к номерам тихо подъехала пролетка. С нее сошел человек и направился к наблюдателю. Извозчик остался на козлах, а эти двое приблизились к номерам. Тот, что торчал здесь с вечера, приник к окну. Разглядел постель со «спящим» и махнул напарнику рукой. В отблеске луны сверкнули серебряные насечки на рукояти кинжала. Черт! Титус торопливо засунул за брючный ремень портфель с ассигнациями. Вдруг успеют ударить? Бить-то будут, скорее всего, в живот… Сыщик взвел курок и встал за дверью. Ну, Леха, втянул! Хотя нет, сам втянулся. Если его сейчас убьют и унесут деньги? Богач Лыков, конечно, вернет их Морозовым, это его не разорит. А вот кто вернет Титусикам мужа и отца? Яану сделалось жаль себя, но тут в коридоре послышались тихие шаги, и бояться стало некогда.

В замке пошуровали, и он легко открылся. Вошли две высокие фигуры. Разглядывают… Не в силах больше выносить напряжение, Яан приставил ствол к спине правого и выстрелил. Тот повалился, как сноп. Левый крутанулся на ноге и без замаха ударил Титуса кинжалом. Лезвие застряло в портфеле. Бах! И второй убийца отлетел к стене.

Не мешкая ни секунды, Яков поднял с пола чужую папаху и нахлобучил себе на голову. Потом вытащил из-за пояса портфель и кинулся на улицу. Извозчик стоял на облучке, готовый ударить лошадей.

– Скорее! – крикнул он. – А второй где?

Сыщик прыгнул в экипаж, рывком повалил возницу и сунул ему в рот ствол револьвера.

– Ах ты… сукин кот! На моей крови заработать решил?

– М-м-м… – мычал тот, в ужасе вращая глазами.

– Спрошу только один раз. Только один! Соврешь или смолчишь – пулю в башку! Понял?

«Черный» извозчик согласно моргнул.

– Где прячется шайка?

И Титус вынул ствол изо рта преступника, нацелив его в лоб.