Белые ночи с Херувимом

 – А может, и чем покрепче! И еще – давай куда-нибудь сходим, а, Вась?

Так, кажется, наши отношения вступают в новую романтическую фазу. Я не успела подумать, надо мне это или нет, но нельзя было расхолаживать Лешу.

– Конечно, дорогой, обязательно, – промурлыкала я. – А что там с Баранкиной-то?

– Да понимаешь, пошли мы по соседям. Как водится, никто ничего не видел, никто ничего не слышал. А на следующий день одна бабка с дачи приехала, что ниже этажом живет. Она накануне рано из дому умотала, на электричку семь сорок. И когда из своей квартиры выходила, то переступила через еще одного соседа, Бусыгина. Он, понимаешь, сильно зашибает, и вот когда пьяный домой приходит, жена его в квартиру не пускает, и он на лестничной площадке спит. Она, бабка-то эта, еще в свое время коврик ему постелила, жалко, говорит, собака и то в лучших условиях у них живет.

– Собака не пьет… – заметила я.

– Да не перебивай! – отмахнулся Леша. – Значит, пошли мы к Бусыгиным, а там он трезвый и какой-то пришибленный. Мы его в оборот взяли и нашли на куртке пятна крови. Ну все, Ашот говорит, если кровь той же группы, что и у Баранкиной, пойдешь, дядя, на зону за убийство. Тот прямо заплакал – мужики, говорит, ну не помню ничего, спал я, как обычно. А потом жена на работу пошла, дверь открыла, я и просочился. Мы тут призадумались: где сумка-то Баранкиной этой? Деньги там, телефон мобильный… И потом, хоть он и полный дурак, но догадался бы кровь на куртке замыть… Однако хотели уже его забирать, но тут со страху мужик и вспомнил, что кто-то его рано утром ногой пнул, обругал и рукой так мазнул. Я так прикинул – получается, что кто-то руки окровавленные об этого Бусыгина вытер. А еще, Бусыгин говорит, я возле себя шприц нашел пустой. На всякий случай выбросил его в мусоропровод, поскольку боялся, что жена еще и наркоманию ему инкриминирует. А он к этому делу – ни-ни, честно пьет дешевую бормотуху и в жизни никого не ударил, а не то что убить…

– Кошмар какой… – вздохнула я.

– Ну мы, конечно, Бусыгина в обезьянник на всякий пожарный случай определили, – продолжал Творогов, – а сами прошлись по наркоманам местным. И что ты думаешь? В этом же доме в соседнем подъезде один такой жил. Нашли у него смартфон Баранкиной. Они деньги-то сразу спустили на дозу, сумку хватило ума выбросить, а на смартфон еще покупателя не нашли. Хозяин квартиры мигом своего приятеля сдал. У них ночью ломка была, к утру совсем озверели, ну и пошли в соседний подъезд. Баранкина им первая попалась. Они ее кирпичом стукнули сзади, ну и насмерть. Так что уже сидят…

– Да… – протянула я, повесив трубку.