Я вернусь, когда меня не станет

Однако она как будто искала глазами какой-то предмет, и точно:

— Меня интересует: где компьютер? Убитый человек молодой, а молодых без гаджетов не существует. Но у этого… У него что, даже ноутбука не было? Такое возможно в наше время? Ни компа, ни планшета… А телефон нашли?

— Убийца забрал, — подсказал проницательный Эдик.

Очень хотелось ему быть нужным, полезным, поэтому Лидия Николаевна по-матерински улыбнулась, видя искреннее рвение:

— Молодец. Ну, ребята, будем ждать, что накопают эксперты, а пока всем по домам. Завтра… пардон, сегодня встречаемся в два часа дня у меня.

Работу никто не отменял, а в сельской местности дел хватает — не хватает только минут с часами и дней с неделями. Встав раненько, Георгий успел побывать на двух объектах, вернулся домой к десяти, чтобы встретить Куприна. Еще в прихожей, раздеваясь, он учуял запах свежих пирогов, наполняющих дом не только ароматами, а еще и магией уюта, напоминающей о детстве. На большой кухне было уже чисто, значит, бабушка успела приготовить и убрать, она, кстати, стояла у раковины и вытирала полотенцем посуду, поглядывая в окно прямо перед собой.

— Уже управилась? — улыбался Георгий, идя к ней. Он обнял со спины Татьяну Яковлевну, чмокнул в щеку. — Во даешь! Метеор просто.

— Гляди! — оживилась бабушка, кого-то увидев в окно.

Но Гоша, уложив подбородок на ее плечо и прикрыв веки, даже не думал смотреть, он только что не мурлыкал, прижавшись к Татьяне Яковлевне. Она любила, когда внук — взрослый мужик — ластился к ней, для нее он всегда будет маленьким, нуждающимся в заботе и опеке, но не в данную минуту. Бабушка дернула плечом, чтобы заставить Гошу выпрямиться и посмотреть в окно:

— Да погоди! Вон монашка твоя идет?.

. Она, она! Хорошая девка, ладная, а какая помощница тебе, главное — не подлюка. Только не всем нравятся рыжие, раньше их побаивались — суеверия, однако. А все ж есть в рыжих колдовская жилка, у Темы жена была рыжая, аж горела вся, но баба славная, добрая… Тебе-то нравится Ириша?

О, какой подъезд длинный, чтобы задать один вопрос!

Внук отошел от нее, уселся за стол и стал поднимать салфетки, которыми она накрыла вазы с пирожками.

— Нет, чего ты лыбишься? — наехала на внука Татьяна Яковлевна.

 — Леська твоя красится сразу в три цвета и ходит как черт-те что! Пугало прям, хоть в огород выставляй! А тут все натуральное! Сказал Ирише, что разводишься со своей выдрой бессовестной?.. Я кого спрашиваю?!

— Намекнул, значит. Угу. Она хоть поняла твой намек?

— Думаю, да. Ба, не приставай, может, я не нравлюсь ей.

— А с какого такого не нравишься? — вытаращилась Татьяна Яковлевна, задохнувшись от возмущения. — Ты вон какой у меня: видный, умный, молодой.