Хочу твоим первым

И даже не сильно испугался в тот момент. Но иногда, вот, скажем, в темном лифте...может накатить.

- Нет, ты не паникуй, пожалуйста, иначе я сама испугаюсь.

Поднимаю к нему лицо, пытаюсь разглядеть его черты.

- Когда ты обнимаешь, мне...легче.

Его голос звучит хрипло и отзывается во мне теплым приятным покалыванием. Никак не связанным с простым дружеским участием.

- Гордей, зачем ты...написал мне то сообщение, - решаюсь озвучить то, что снедает второй день подряд.

Несколько долгих секунд он молчит.

- А ты? Зачем? - произносит он, наконец.

Я понимаю, о чем он говорит, ему не нужно озвучивать дальше. Конечно же о поцелуе с Володей.

- Я...хотела уточнить...

Говорить мне тяжело. Я останавливаюсь, перевожу дух и сглатываю.

- Хотела проверить...

- Мне...было очень хорошо с тобой. Слишком хорошо. Поэтому страшно.

- Я не хочу, чтобы ты на меня так влиял.

- Потому что у тебя есть он?

- Не совсем...Потому что...Потому что я вообще не хочу серьезных отношений. У сестры очень печальный опыт в этом. Да и вообще...

Гордей молчит. Из-за темноты я не могу видеть выражение его лица, а значит хотя бы попытаться угадать, о чем он думает.

Проходит, наверное, не меньше полминуты, пока Гордей мне отвечает.

- Не бойся, Бельчонок, я не обижу тебя, - говорит он и я с наслаждением впитываю такие важные для себя слова.

- Ты можешь доверять мне, Арин.

- Я дико хочу стереть с твоих губ его прикосновение. Можно?

Я медленно и шумно выдыхаю, а потом...потом...я...просто киваю. Потому что тоже очень, просто до безумия этого хочу.

Глава 38. Пытаемся...

"Ты предложила мне на выбор два подходящих тебе варианта, и я выбрал один, подходящий мне. Это и есть компромисс".

Едва мы выходим из лифта, как Гордей норовит обнять меня за плечи и притянуть к себе, но я против такой явной демонстрации наших закрутившихся, словно ураган, отношений. По крайней мере...не в стенах университета.

Упираюсь ладонями в его грудь, стараюсь оттолкнуть.

- Пожалуйста, - прошу, и для убедительности снова пытаюсь отстраниться.

То, что происходило в лифте итак не выходит из головы, но там было темно, и волнительно, и...сумасшедше, одуряюще жарко.

Теперь же, при свете дня, ко мне возвращается моя врожденная робость.

- Ты только что целовалась со мной так, будто это единственное, что тебе нужно в жизни, а теперь снова делаешь вид, будто мы чужие. Прекращай так делать.

Он размыкает объятия и убирает руки в карманы. Но все равно стоит очень близко. Его дыхание щекочет кожу у виска, горячие губы скользят по ней по касательной. В голосе все еще улавливаются хриплые интимные нотки.

- Я...я...вытащу твой телефон из черного списка. Ты сможешь мне написать, - придумываю идеальное решение. Иду на компромис.

Да, так будет лучше всего.

- А сейчас мне уже пора.

Хочется сбежать, чтобы успокоиться.