Кукушонок

Понял, что напал на золотую жилу. И присвоил себе чужой талант и труд.

Луиза подняла пистолет и направила на Хеннинга.

– Теперь ты получил то, чего заслуживаешь. Я забрала у тебя все – сыновей, внуков, репутацию, премию. У тебя ничего не осталось.

Хеннинг поднял голову и неуверенно встал со стула.

– Ты маленькая шлюха… – прошипел он.

Луиза истерически рассмеялась.

– Маски сброшены, теперь все видят, каков ты есть. Я застрелила твоего сына и внуков из того же пистолета, из которого ты убил мою папу. Символично, не так ли? «Как в греческой трагедии», – сказали бы вы в «Бланш».

– О чем ты? – Хеннинг покачнулся, его лицо отразило искреннее недоумение. – Я толкнул ее, Лола упала и ударилась головой.

– Она умерла не от этого, – сказал Патрик, и Эрика вздрогнула. Она видела материалы предварительного следствия, почему же не подумала об этом? – Лола умерла от двух выстрелов в голову. Из того же оружия были застрелены Петер и мальчики.

– Лолу застрелили? – Хеннинг снова опустился на стул. – Нет, нет, это не я… Я не стрелял в Лолу, – прошептал он.

Впервые ужасающее равнодушие Луизы было сломлено.

– Если Хеннинг не убивал Лолу, кто мог это сделать?

Луиза дико озиралась вокруг: глаза широко распахнуты, белки блестят.

Элизабет откашлялась. На лице у нее выступили красные пятна, и это смотрелось странно. Наконец она заговорила.

Элизабет вернулась в квартиру Лолы и теперь пыталась укрыться среди курток, висевших в прихожей. Она совсем не была уверена, что делает правильно, но неуверенность так долго подтачивала ее силы, что терпеть и дальше Элизабет не могла. Отговорка Хеннинга по поводу писательской группы привела ее в отчаяние. Элизабет знала, что сегодня писательская группа не собирается. Поэтому она решила проследить за Хеннингом. И так опять оказалась в квартире Лолы.

Их голоса доносились со стороны кухни. Приблизившись, Элизабет увидела сцену, одна мысль о которой до сих пор показалась бы ей невообразимой дикостью. Ее муж целовал… другого мужчину. Именно так все и обстояло. Потому что, как ни твердили все вокруг, что Лола женщина, от биологического пола не отмахнешься.

К горлу подступила тошнота. Элизабет сморгнула слезы, которые уже жгли глаза под веками. Другая женщина – ужасно, хотя по-своему понятно. Но мужчина… это было больше, чем Элизабет могла вынести. Она любила Лолу не меньше, чем остальные, но это… Элизабет вздрогнула, представив себе их обнаженные тела в постели. Хеннинг ласкал Лолу. Измена, унижение – это еще хоть как-то можно принять. Но Элизабет трясло от отвращения… К Лоле, которую она до сих пор считала своей подругой. И к Хеннингу, любимому мужу.

Элизабет осторожно прошла дальше в квартиру и окинула взглядом гостиную, прежде чем войти.