Мальчик в свете фар

– Но вы все же заплатили ему?

– Он сказал, что принесет все бумаги, но этого так и не произошло.

– А как давно это случилось?

– Сколько там прошло… три недели примерно.

– И с тех пор вы его не видели?

– Значит, вчера вы никого не посылали в отель «Лундгрен»?

Вьетнамец покачал головой.

– Вы сказали, что у вас есть его данные?

– Подождите минутку, – сказал Нгуйен и исчез в задней комнате.

– Дурная голова, – повторила женщина, усевшись на стул за стойку ресепшена и взявшись за вязанье.

– Вот, – сказал Нгуйен и положил бумажку на стойку.

– Да, но номер телефона не работает, я пробовал.

Пожилая женщина покачала головой, снова что-то сказала по-вьетнамски, что, судя по выражению лица Нгуйена, было явно не похвалой хорошо одетому сыну.

– Если я пришлю к вам художника, вы сможете дать описание для фоторобота?

– Разумеется, – кивнул Нгуйен. – Его я узнаю из тысячи. Буду рад вам помочь. Могу я спросить, почему вы ищете его?

– К сожалению, нет. Но спасибо большое за помощь.

Мунк взял бумажку со стойки и сунул в карман пальто.

– Мы с вами свяжемся. Спасибо, – сказал Мунк, кивнул в знак прощания вяжущей женщине и вышел на рассветное весеннее солнце.

Старая женщина стояла в коридоре у почтовых ящиков и потрясала кулаком. В другой руке она держала трость. Парик чуть перекосился. Сильный удушающий запах духов. Слишком ярко накрашенные глаза. Морщинистые губы, жирно намазанные ярко-красной помадой. Она заорала так громко, что Мии почти сразу же захотелось обратно на воздух.

– Мы должны убрать их отсюда! Нужно собрать подписи! Вы – та полицейская дама с третьего? Это же ни в какие ворота не лезет! Вы видели мусорные баки на заднем дворе? Чувствуете вонь в коридоре?

Миа слегка покачала головой и прошмыгнула вверх по лестнице, где ее встретило полное ожидания лицо прямо у двери ее квартиры на третьем этаже.

– Здравствуйте, Миа, как ваши дела? Все готово к поездке? Моя сестра действительно очень рада квартире. Она говорит, это потрясающе.

Сосед поднял вверх большой палец и улыбнулся от уха до уха.

– Сорри, планы изменились, я все-таки не уеду.

– О, – сказал блондин с разочарованным видом.

– Увы, – сказала Миа, открывая дверь.

Сосед собирался сказать что-то еще, но вдруг заметил, что что-то происходило в коридоре внизу.

– Какого хрена? Опять фру Виген?

Он вздохнул и раздраженно покачал головой.

– Она решила, что нужно выгнать из нашего дома всех иранцев с четвертого. Как это типично. Вот в кого все превратились. Расисты хреновы повсюду. Прекратите, фру Виген.

Парень исчез вниз по лестнице. Миа про себя вознесла хвалу за то, что есть еще в мире нормальные люди, и заперлась в своей квартире.

– Привет! – улыбнулось знакомое лицо, явно удивленное, что видит ее снова здесь.