Мастер не приглашает в гости

Целитель проводил его бдительным взглядом, как будто ожидал, что страж порядка передумает и на полпути рывком развернется и снова примется меня утомлять. Но когда капитан скрылся в коридоре, врач тоже откланялся, напомнив про постельный режим. Кажется не только мне, но и сэру Кристоферу.

Потом они все совсем ушли, а в коридоре еще звучали голоса и что-то про “безнадежно” (надеюсь, это говорил полицейский, а не врач!).

Я сползла по подушкам вниз, не понимая, чего хочу больше — окончательно расплакаться или уснуть.

А потом снова послышались шаги.

Сэр Кристофер вернулся.

Он пересек комнату — и задернул шторы. И действительно без света, даже рассеянного, стало как-то легче.

Я все же открыла глаза, отбросив идею притвориться спящей.

Сэр Кристофер стоял рядом с кроватью. В полумраке было плохо видно, но, кажется, он удивленно поднял брови.

— Это не вы украли мои деньги.

Это из-за меня их украли.

Мужчина вдруг шагнул вперед и сел на край кровати. Возражения, которые я хотела озвучить, застряли где-то в горле от неожиданности.

А он тем временем, взял мое запястье, как в кабинете, все тем же отработанным целительским жестом.

Хотел убедиться, что вызванный целитель все сделал правильно?

От прикосновения было жарко. И волнительно. Очень странно. Мужчина, в темноте, в моей (не моей!) спальне… и на фоне этого непонятного волнения мне даже показалось, что он держит меня за руку дольше, чем в прошлый раз. Дольше, чем нужно.

— Поправляйтесь, мисс Ривс, — резко нарушил тишину сэр Кристофер, поднялся и стремительно вышел.

Дверь образцово закрылась сама без единого звука.

Сэр Фаулер к моему постельному режиму отнесся, стыдно признать, серьезнее, чем я сама.

Нет, первые двое суток я действительно лежала, едва выныривая из полудремы.

После ухода всех на свете, навалившаяся усталость была так велика, что сначала я вообще проспала пятнадцать часов не просыпаясь, это мне сообщила миссис Доул, регулярно ко мне наведывающаяся. А когда проснулась — поела безумно вкусного бульона, выпила необходимые лекарства, доползла до ванной комнаты и обратно — и снова провалилась в сон. Бульон и лекарства естественно приготовила и добыла кухарка, она хлопотала вокруг меня так, будто я была родной дочерью, а не малознакомой начальницей, и от этого было ужасно неловко и так же ужасно приятно.

Я вообще, оказалось, прочно забыла, каково это — когда о тебе заботятся.

Подстегнутая магией и эликсиром регенерация выжирала силы, а их и так было не то, чтобы много. Второй сон был уже скорее поверхностным, странное полуобморочное состояние. В нем я пребывала почти сутки, то глубже проваливаясь, то выныривая, унюхав очередной кулинарный крайне полезный шедевр.

На третий день я проснулась, поела… и не захотела спать.