Мы играем в пистолеты

У тебя всегда планы масштабные. А соблазнить — это что? Это слишком мелко для тебя.

Я обошла его и на диван села, прижалась к его боку.

— Ты меня боишься, Кирилл.

— Что? — Он попытался мне в лицо заглянуть.

— Боишься, — повторила я. — И я даже знаю почему. Но как бороться с твоими страхами я, честно скажу, не знаю.

— Ника, давай обойдёмся без психоанализа.

— Не могу. Должна же я тебе объяснить.

Кирилл решил устроиться поудобнее, он возился, попыхтел немного, недовольный тем разговором, что я завела, но меня всё равно обнял, чтобы мне удобнее сидеть было. Побоявшись его окончательно из себя вывести, я его за руку взяла и погладила кольцо.

— Всегда хотела спросить, откуда оно.

— Бабушкино, обручальное. Она мне его перед смертью дала. А я ношу вот… зачем-то.

— Широкое… Раньше все обручальные кольца были широкие, да? А сейчас тонюсенькие.

— На нём внутри гравировка, дед бабушке подарил. Май сорок пятого. Они поженились сразу, как только он с войны вернулся.

Я свои пальцы с его переплела и кольцо разглядывала. Кирилл руку свою скоро освободил, по плечу моему провёл, а потом его ладонь легла на мою шею, подбородок мне поднимая.

Я оказалась лежащей у него на руках, он в глаза мне смотрел, потом наклонился и поцеловал, но руку так и не убрал, голову я повернуть не могла, приходилось смотреть ему в глаза.

— Мне не очень нравится, что ты всеми силами пытаешься нащупать моё слабое место, — проговорил он мне в губы, прекратив целовать меня. — А ещё больше мне не нравится, что ты собираешься на это место давить в дальнейшем.

Я губы облизала, сглотнула, чувствуя, как двигается горло под его пальцами.

— А что мне ещё остаётся? Просто быть ещё одной из… Не могу.

Он улыбнулся вполне дружески.

— Потому что ты избалованная.

— Нет. Просто знаю, что по моему сценарию будет гораздо интереснее.

— Не увлекайся, — Кирилл быстро поцеловал меня в губы. — Сочинением сценариев.

Он хотел подняться, уж не знаю, куда отправиться решил, но я потянула его обратно. Долго уговаривать не пришлось, правда, вскоре пожалели, что диван поленились разобрать. Когда этого уже хотелось меньше всего, пришлось вставать, одежду с пола собирать, зато это обстановку разрядило. Кирилл перестал кидать на меня изучающие взгляды и все разговоры о моём стремлении его на себе поскорее женить, были забыты.

Филин диван разложил, точнее, пытался это сделать, смеялся над самим собой, над тем, что совершенно позабыл, как это делается, а я, отправив его на кухню, ужинать, диван застелила.

— Так что там с твоим казино? — спросила я будничным голосом, когда Кирилл в постель улёгся. До этого минуту к нему приглядывалась, пытаясь в его лице заметить недовольство, но оно, судя по всему, растворилось без следа. Что и не удивительно.