Наша игра

Как и у любого чеченца, у Салахуддина было оружие, потому что чеченец без оружия – не чеченец. Как только он приехал в Москву и получил прописку, первым делом он, как и его брат, сдали документы, получили лицензии и купили себе оружие. У Салахуддина был «Вепрь-1», травмат из ПМа, причем не те, что сейчас продают, а переделка из боевого, и недавно он купил «Вепрь-213» с коротким стволом, похожий на боевой автомат и работающий на патронах 366 ТКМ. В нарушение закона об оружии, Салахуддин держал оружие не в сейфе, а в прихожей, сверху там такой шкаф был.

Штурмовой «калаш», переделка из ручного пулемета, тяжело лег в руки, сразу придав уверенности в себе. Патроны со сточенной головкой, с близкого расстояния – насмерть, с гарантией. Они на кабана, не на человека идут.

Лязгнул затвор, загоняя первый патрон в патронник. Придерживая оружие правой рукой, Салахуддин начал открывать дверь.

Новый звонок – пилой по нервам.

Дверь пошла на себя…

Там была Татьяна – еще одна из его постоянок. В пушистой шубке, которую он ей подарил, в руках у нее что-то было.

– Салик, я тебе тут… принесла…

Она побелела, увидев направленный на нее автоматный ствол.

– Вон пошла! – дико заорал Салахуддин. – Пошла вон! Убью!!!

Танька бросила пакет, побежала вниз по лестнице.

До Лом-Али доехать было не так-то просто – час пик, Москва стояла. Салахуддин постоянно сигналил, ругался сквозь зубы – пару раз у него даже возникало желание шмальнуть. Но он сдержал себя…

Лом-Али жил не в новой высотке, он купил себе зачетный такой коттедж на четыре человека… как он называется… таунхаус, во. Не любил почему-то Лом-Али жить в высотках и вообще в городе. Напрягал он его.

Салахуддина знали, да и машина у него была зачетная – «Порше», так что пустили. Подняли шлагбаум…

И тут у Салахуддина включилось чувство опасности…

Машину он оставил на соседней улице – подъезжать к дому не стал. На всякий случай еще раз набрал Лом-Али – не отвечает. Подумав, он вышел из машины, бросил на плечо внушительный рюкзак – там и винтовка, и магазины к ней заряженные, четыре штуки. Но с ней тоже не надо идти – достать успеет, а так…

Перелез через забор… тут тоже был дом, но хозяев не было, продавали. Протрусил к задней части двора, взглянул на зады дома Лом-Али.

Света нет ни в одном окне.

Салахуддин осмотрелся. Волчье, чеченское пробивалось в нем сквозь усвоенную цивилизованность, как дерево через асфальт.

Достал автомат. Повесил на ремень, чтобы в случае чего схватить быстро. Перелез через забор – тут уже участок Лом-Али, тут они шашлыки жарили.

И тут же, в шашлычнице Лом-Али держал запасной ключ.