Первый, случайный, единственный

Юрочка, я, конечно, не идейный борец за правду, но это совсем не значит, что я сторонница вранья. Ты представляешь, что такое «Новости» на государственном телевидении? Это значит, что я каждый вечер должна буду рассказывать, например, как в Чечне налаживается мирная жизнь. Как ты думаешь, хочу я освещать своей неземной красотой эти мерзости? – Она снова засмеялась, и Полина представила, как звездами вспыхивают ее загадочные, холодноватые глаза и как в Юриных глазах при этом тоже вспыхивают глубокие синие искры. – Нет уж, Юрочка, мне и у папы прекрасно.

Тем более он теперь еще и кино собирается продюсировать, так что я, может, буду вообще кинозвезда.

Неожиданно Несговоров посмотрел прямо на Полину и улыбнулся; в глазах его мелькнул интерес. Она слегка смутилась – как будто подглядывала! – и отвернулась от телезвезды.

– Полина, попробуйте калифорнийское вино, – сказал Платон. – Вы ведь, наверное, и вин настоящих не пробовали, раз в ресторане не бывали?

– Не знаю, – пожала плечами Полина. – Я разные пробовала, но сильно-то в них все равно не разбираюсь. Ну, калифорнийское вроде бы ничего, пить можно.

Красное вино, которое бесшумный официант налил в круглый, как шар, бокал, было приятным, но теплым, о чем Полина не преминула сообщить своему визави.

– Так положено, – сказал он. – Красное вино не охлаждают, тогда его букет полностью раскрывается.

– Да? – удивилась Полина. – Надо же… А зато хлеб, оказывается, надо не кусать, а ломать! – вдруг вспомнила она. – Я случайно в одной книжке прочитала, которая про великосветскую жизнь. Меня мама всю жизнь ругает, что я хлеб ломаю, а это, выходит, очень даже по-великосветски.

– Вот если бы вы приехали в Якутию, я угостил бы вас строганиной, – сказал Платон.

– Это сырая рыба, да? – спросила Полина. – Интересно… Я вообще-то не представляю, как можно сырую рыбу есть, хоть и замороженную.

– Потому что вы представляете себе какое-нибудь вонючее филе трески из продуктового магазина, – сказал он. – А строганина делается из живозамороженной рыбы, это совершенно другое дело.

– Это как? – еще больше заинтересовалась Полина.

– Это значит, что рыба должна замерзнуть сразу же, как только ее вытащат из воды.

Она должна замерзнуть живая. Тогда в ней не будет льдинок и сохранится все, что необходимо человеку для жизни, – объяснил он. – Якуты ведь столетиями получали из рыбы и оленины то, что другие народы получали, например, из яблок или из манго. Или вас шокирует участь бедной рыбки? – спросил он.

– Меня шокировать трудно, – усмехнулась Полина.

– Я заметил, – кивнул Платон. – Так что приезжайте в Якутию, милости просим.

– Ну, это из области фантастики, – засмеялась Полина.