Первый, случайный, единственный

Есть, например, легенда о гигантском алмазе, к которому раз в тысячелетие прилетает Великий Ворон, чтобы поточить о него клюв. Когда алмаз источится, пройдет одно мгновение вечности.

– Ух ты! – восхитилась Полина. – И правда интересно.

– Девушкам вообще интересны алмазы, – заметил Платон. – Точнее, бриллианты. Они блестят.

– Ну, не знаю, – пожала плечами Полина. – Я что-то не замечала, чтобы меня интересовали бриллианты, потому что они блестят. Что я, сорока?

– Неужели вам никогда не хотелось, чтобы кто-нибудь подарил вам бриллиант? – спросил Платон. – Что вам, например, дарят на праздники?

– Уж точно не бриллианты! – засмеялась Полина.

 – Так, всякие… киндер-сюрпризы.

Она имела в виду стоимость подарков, но Платон, кажется, понял ее слова буквально.

– Вы любите фигурки из киндер-сюрпризов? – уточнил он.

– Обожаю! – хихикнула Полина. – Я, знаете, их собираю. У меня неплохая коллекция бегемотов, а недавно я решила собирать также и крокодилов. А вы что собираете, Платон Федотович, наверное, бриллианты?

– И самородки, – кивнул он. – Золотые, платиновые. У меня тоже неплохая коллекция. Приедете – посмотрите.

Чувства юмора он был лишен напрочь, но, поскольку Полина не собиралась весело проводить с ним время, да и вообще не собиралась в дальнейшем с ним общаться, – переживать по этому поводу она не стала.

– А кстати, могу и сейчас показать, – вдруг вспомнил Платон. – По-моему, пара штук еще осталась.

Он запустил руку во внутренний карман пиджака, извлек оттуда кожаный футляр, а из футляра – два прозрачных камня. На них тут же попал свет, и они сверкнули такой радужной россыпью, что у Полины в глазах зарябило. А она-то думала, что слова про игру бриллиантовых искр – это просто эффектное преувеличение!

– И правда красивые.

 – Она осторожно дотронулась пальцем до камня, лежащего у Платона на ладони. – Это из вашей коллекции?

– Нет, это самые обыкновенные, – сказал он.

– А зачем вы их в кармане носите? – удивилась Полина.

– Потому что с их помощью легко решаются многие вопросы, – объяснил он. – Это ведь только по телевизору московские кабинеты выглядят неприступно, а в реальности – приходишь, кладешь на стол несколько таких камешков, и все твои проблемы решаются мгновенно.

Это гораздо удобнее, чем возить с собой чемоданы денег.

– Верю вам на слово, – усмехнулась Полина. – Не приходилось сравнивать.

Тут разговор о сравнительных достоинствах чемоданов с деньгами и бриллиантов прервался, потому что официант принес огромный, похожий на зеркало поднос, на котором высилась такая гора жареного мяса, словно за столом сидели не два человека, а взвод голодных солдат.

– Вы, Платон Федотович, слишком бувально все понимаете, – заметила Полина, оглядывая это раблезианское блюдо.