Плохой парень

—Ты уже подготовилась к парам?

—Тебе нужно привыкнуть называть меня по имени и отчеству, и уж точно не на “ты”, — натянуто улыбаюсь, поворачиваясь к Шолохову, а тому хоть бы что.

—Даже в кровати? — шире улыбается, а следом и облизывается, на что я вспыхиваю и отворачиваюсь, сложив руки на груди.

Просто немыслимое хамство. Немыслимое и беспардонное!

—Ладно, ну че ты сразу. Да понял я, не тупой. Был бы тупой, не понял бы…— произносит спокойнее и уже без налета на юмор, а мы тем временем выезжаем из города, и уж теперь тапку в пол он жмет что надо. Я понятия не имела, что “Тундра” так умеет.

Уж точно не ожидала, а потому впиваюсь больным взглядом вперед и цеплясюь взмокшими ладошками в ремень безопасноти. Ужас стягивает горло железной проволокой, и кажется, я близка к тому, чтобы упасть в обморок.

—Я не понимаю, зачем рисоваться, Юра. Сбавь скорость, — прошу практически не дыша, а по факту моя душа в пятки уходит, как только он резко перестраивается в правый ряд, обгоняя медлительных в левом!

И снова в левый уходит, разгоняясь еще и еще, пока мой ужас не встречается с его весельем, и, видимо, поняв весь спектр моего страха, Юра тормозит и сходит с чертовой дистанции, где мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

—Извини, не думал, что ты ссыкушка.

Меня бросает то в жар, то в холод.

—Я в аварию попала, и потому плохо отношусь к скорости, — с облегчением выдыхаю, когда чувствую, что теперь мы практически плетемся по меркам пролетающих мимо смельчаков.

Юра же резче притормаживает, уже грубо спрашивая:

—Какая авария, Валя? — в голосе неприкрытое удивление, смешанное с какой-то удрученностью, а я не собираюсь продолжать эту тему.

—Обычную, Юр. Где примерно как ты и гнали, а затем не справились с управлением, — отмахиваюсь, доставая из упаковки салфеток одну, и протираю лицо.

Дружок Леона всегда был не особо умным, а та ситуация четко дала понять, что он псих. “Урус” в хлам, а у меня сотрясение от сработавшей подушки безопасности. У Леона разбитый нос, и все вместе мы практически попрощались с жизнью.

Но нам повезло, потому что дуракам иногда везет.

—Когда случилось? Небось твой конченный за рулем был, да? Поц, — язвит Юра, а у меня нет сил ссориться вновь. Очевидно, тема бывшего его заводит с пол-оборота.

—Не он, но тебе ведь неважно, только дай повод взорваться, — спокойно отвечаю, готовая к дальнейшему исходу в самом плохом ключе.

—Нет, меня бесит, что для умной девушки ты вела себя как идиотка, — шипит мне в лицо, сворачивая вправо слишком резко, отчего я в сторону водителя кошусь.

—Не тебе меня судить.

—Правильно, потому что теперь ты будешь меня слушать.

—Не забывайся, мальчик, — злобно бросаю в ответ, отворачиваясь от Шолохова. Меня трясет от злости, и я даже представить не могу, чем закончится этот день.