Плохой парень

Просто оставь уже меня в покое!

Цежу яд, и дергаю на ходу дверь. Мы все равно едем десятку, а я не выдержу еще хотя бы пять минут в одном салоне с этим исчадием ада!

—Выпусти меня отсюда, — расстегиваю ремень и сама проталкиваю язычок замка, но дверь все равно не поддается. Уверена, все дело в защите от детей, а посему опускаю стекло и протягиваю руку наружу. Я все равно выйду отсюда!

—Сейчас ты допрыгаешься, что мы вообще не приедем к родителям, а я увезу тебя в другую область, будешь там кричать сколько угодно. В доме, где только мы с тобой будем. И ты лицом в подушку, — угрожающе рычит Шолохов, а я от паники не нахожу ничего лучше, кроме как ударить его по лицу.

Машина резко тормозит.

Не дышу. Рука саднит, а взгляд Шолохова становится практически черным. Непроницаемый. Пугающий до чертиков. Я только что ударила Тигра по лицу, и он с раздуваемыми ноздрями готов напасть на меня, чтобы…явно не придушить, но что-то, что понравится ему не меньше.

Господи, о чем я думаю? Паника давит в темечко, отчего я еще больше вжимаюсь в сиденье.

—Я ненавижу женские истерики, но тебе прощаю все и даже рукоприкладство. Можешь представить себе уровень, на котором ты для меня находишься? — перехватывает мою ладонь и сжимает ощутимо сильно, но не больно, лишь чтобы я поняла, что отбить удар он смог бы влегкую.

—Для меня даже такое касание — это наслаждение на грани боли, и я скорее рад ему, чем взбешен. Но на будущее, когда у нас все зайдет дальше, я хочу, чтобы ты поняла одну вещь: своего мужика надо уважать, вне зависимости от ситуации. Как я уважаю свою женщину и не позволяю себе ее оскорбить или обидеть, потому что свой выбор я уважаю, — низким голосом шепчет, все так же всматриваясь в меня серьезным взглядом, припорошенным оттенком бешенства.

Как маленькому ребенку он поясняет простые вещи, втрамбовывая мне в голову то, в чем он абсолютно уверен.

В потоке слов я не до конца понимаю смысл сказанного, вернее, понимаю позже, чем должна была.

—Я не твоя женщина, ты не мой мужчина и прекрати равнять эти правила на меня, Юра. Ты мой курсант, брат моей подруги, сосед. Нас могут связывать исключительно товарищеские отношения и не более того, — срывающимся голосом произношу, чувствуя, как давление с темечка опускается на плечи и давит сильнее, практически превращая меня в изваяние.

Юра ухмыляется, прищурясь, и затем с искренней улыбкой на лице и радостью шепчет:

—Ты понимаешь, что если я сейчас просуну пальцы тебе в трусики, то это будет самый красноречивый ответ? — облизывается и мажет по мне взглядом, пока я, зардевшись, пытаюсь руку вырвать из стального захвата. Юра только сильнее тянет руку ко рту и обхватывает указательный палец губами, проводит языком по подушечке.

Мое дыхание стопорится, на ровном месте спотыкается.