Проповедник

И к сожалению, Сольвейг и ее сыновья используют малейший шанс и делают все возможное и невозможное, стремясь очернить нашу семью. Грустно, но у некоторых людей нет Бога в сердце — там некто совсем другой…

— Может быть, и так. — Патрик улыбнулся понимающе. — Но тут, наверное, совершенно случайно вышло, что мы выяснили, что ее привело в Вестергорден, почему она там появилась, — и это уже непреложный факт.

Он не ошибся, уловив отблеск тревоги в глазах Якоба? Патрик продолжал:

— Да, она приехала во Фьельбаку, но не затем, чтобы отдыхать и развлекаться, а чтобы кое до чего докопаться: она искала свои корни.

И наверное, ей хотелось разузнать побольше об исчезновении своей матери.

— Своей матери? — спросил Якоб изумленно.

— Да, она была дочерью Сив Лантин.

Очки Якоба еще раз ударились о стол. Мартин подумал, что Патрик, наверное, специально выстроил разговор таким образом, чтобы посмотреть на реакцию Якоба, насколько она будет искренней, но не мог решить для себя, было ли его удивление неподдельным или наигранным.

— Да, вот это новости, должен сказать. Но я все еще по-прежнему не очень хорошо понимаю, что она могла искать в Вестергордене.

Может быть, вы мне объясните?

— Я уже сказал: судя по тому, что нам известно, Таня хотела разузнать побольше о том, что случилось с ее матерью. Пожалуйста, не надо забывать о том, что твой дядя, с точки зрения полиции, считался главным подозреваемым, так что…

Патрик не стал договаривать.

Якоб невозмутимо посмотрел на него и произнес:

— Должен вам сказать, что мне ваши предположения кажутся совершенно дикими. Мой дядя был невиновен, но для вас это ничего не значило, и своими инсинуациями вы довели его до смерти.

Но, коль скоро его нет на свете, вам нужен другой преступник и вы явно пытаетесь замарать хоть кого-нибудь из нас. Скажите, что же за червь отравил ваши сердца и кто побуждает вас нести зло тем, кто этого не заслуживает? Это ваша потребность, вера или вы находите в этом радость? Что застилает ваши глаза?

Казалось, Якоб служит мессу, и Мартин понял, что этот может: он проповедник. Мягкий голос Якоба завораживал, он то затихал, то вновь возвышался, словно волны, накатывающие и убегающие.

— Мы только делаем свою работу.

Патрик произнес это коротко и сухо; он не смог скрыть, что его коробит от подобной религиозной чуши.

Но в то же время он признавал, что когда Якоб говорил, в нем проявлялось что-то особенное. Люди послабее могли бы легко поддаться и утонуть в чарах этого голоса. Он продолжил:

— Таким образом, ты утверждаешь, что Таня Шмидт никогда не приходила в Вестергорден?

— Могу поклясться, я никогда эту девушку не видел. У вас что-нибудь еще?

Мартин подумал о сведениях, которые они получили от Петерсена — насчет того, что Йоханнес не вешался.