Птицы Великого леса

Они замолчали, и в тишине показалось, что стены вокруг сжались. Даре нестерпимо захотелось уйти.

– Всё же не рассказывай Третьяне больше нужного, – попросил Милош. – В Великий лес мы её с собой не возьмём.

– Не хочу, чтобы она получила большую силу, – признался чародей.

– С нами пойдут десятки незнакомых людей, им-то сила достанется.

Дверь на улицу заскрипела от сквозняка, и по ногам пробежал холодный ветер. Пахло дымом.

– Для этих людей мы станем спасителями, поможем им отомстить бывшим хозяевам и начать жить заново, а для Третьяны… она сама по себе, таким людям я не доверяю.

– Ты сам по себе, и я тоже, – усмехнулась Дара.

Он распахнул дверь в дом и громко воскликнул:

– Все идём! Чири, и ты тоже.

Он дождался, пока девчонка оденется, и подхватил её на руки.

– Я могу идти сама, – упрямо сказала Чири.

Третьяна несла мешок с вещами.

– Что там? Еда? – спросила Дара.

– Одежда и украшения.

– Оставь всё здесь, – она преградила Третьяне путь. – Пусть сгорит.

Девушка не ответила, молча протянула Даре мешок. Внутри, несмотря на ожидания, лежали не подарки Снежного князя, а наряд, который обычно носила Веся, её бусы, височные кольца и обручья – всё, что она надевала каждый день, но сняла перед самым венчанием.

– Я подумала, что ты захочешь взять это с собой. А узелок с едой да золотом я ещё днём припрятала на опушке, – пояснила Третьяна.

Выпустить мешок из рук оказалось невероятно сложно.

– Оставь, – проговорила Дара, едва разлепив губы. – Пусть сгорит.

Они вышли на крыльцо, понимая, что больше не вернутся, и столпились на верхних ступенях. Вдалеке, на холме, багровел во всполохах пожара княжеский дворец, и это могло показаться прекрасным, если бы огонь тот не забрал столько жизней.

– Если до людей дойдут вести о случившемся, то обвинят во всём нас, – произнёс Милош.

Дара удивилась, что подумала совсем о другом.

– Но Горыня же всем расскажет, что они сделали…

– Попадись князь Чернек горожанам на глаза, они бы сами разорвали его в клочья. Но мы-то чародеи. Нас привычнее ненавидеть.

– Пошли, – Дара первой спустилась на землю. К их крыльцу никто не проложил настил, в предместьях каждая семья сама выбрасывала из избы лавки и столы, разбирала полы в доме, лишь бы добраться до дороги живыми.

– Чири, я отнесу тебя к лесу, туда, где земля ещё нетронута, – сказал Милош. – Дальше ты пойдёшь по опушке, найдёшь ополчение, скажешь, что ты от княжеского чародея, и попросишь отвести тебя к воеводе Горыне. Запомнила?

Девочка ответила хрипло и тихо, Дара не услышала её.

Дым щекотал ноздри. Огонь в детинце взлетал так высоко, что его, наверное, можно было увидеть даже из Златоборска. Дара смотрела, не моргая, так пристально, что у неё заболели глаза.

Рядом встала Третьяна.