Птицы Великого леса

Дара моргнула, потрепала Серого по голове и обернулась к чародеям.

– Дальше пешком идём! Дороги к лесу нет. Ждана, – позвала она, – если не вернёмся, лошади и всё, что в санях – твоё.

– Тогда я и ждать вас не буду, – ворчливо сказала мачеха.

– Пусть Чири с тобой останется, – попросила Дара. – Ребёнку в лесу не место.

Ждана недовольно кивнула в знак согласия.

– Она тут всё сожрёт, – проворчала она негромко. – Но, с другой стороны, она сильная девчонка. Смогу её научить, как работать на мельнице.

– Пусть пока останется, – повторила Дара.

– Ага, – с нарочитым равнодушием согласилась Ждана. – Но ты всё-таки возвращайся поскорее.

Больше они не разговаривали. Дара взяла мешок со сменной одеждой с лошади, перекинула через плечо. Дорога под ноги ложилась легко, точно ковром постеленная.

– Дарка! – крикнула ей вслед Ждана. – Не вздумай там оставаться. Слышишь? Возвращайся!

Дара обернулась, смахнула непрошеные слёзы и ускорила шаг. Чем ближе она находилась к дому, тем тяжелее было снова его покидать. Она знала, что если бы переступила порог избы, то не смогла бы уже уйти. Там, в родных стенах, смелость бы её окончательно оставила.

Если бы Пресветлые Братья обо всём узнали, то вряд ли бы уже смогли сдержать свой гнев. Великая княгиня приносила колдовскую клятву, проливала кровь, и вместе с ней клялся её малолетний сын, будущий Великий князь. Милош настоял на этом, у Гутрун не осталось выбора, если она хотела жить.

– Почему это нужно проводить здесь? – она недоверчиво огляделась по сторонам, рассматривая знаки, вырезанные на стенах.

– Это бывшая спальня княжеского чародея. Здесь много заклятий, которые помогут мне провести всё как положено.

Маленький Мстислав держал мать за руку. Ему явно было страшно.

– Ты когда-нибудь видел, как чародеи творят заклятия? – спросил у него Милош.

– Нет. У дедушки на островах много чародеев, но папа запрещал им приезжать в город.

– О, значит, тебе будет любопытно посмотреть, – Милош склонил голову набок, задумавшись. Мальчишка был напуган предстоящим обрядом, и заставить его порезать руку было жестоко. В колдовской клятве не было ничего впечатляющего, только другой чародей мог увидеть, как сплетались между собой нити, связывая судьбы. Мстислав явно заслужил более красивое и яркое знакомство с чародейством.

Милош взмахнул рукой, и в спальне разом загорелись все свечи.

– Ого! – воскликнул мальчик.

Даже строгая Гутрун выглядела довольной.

Милош щёлкнул пальцами, и вылетел сноп золотых искр.

И снова искры, искры, искры. Милош подумал, сплёл заклятие.

– Исчез! – захлопал в ладоши мальчик. – Мама, ты видела?

Великая княгиня улыбнулась. Она явно старалась сдержать удивление, но Милош заметил, что даже она оказалась впечатлена его простеньким колдовством.