Сборник "Игрок"

И откуда ее только Айд принес?

– Почему решил, что тикса? – старательно сдерживаясь, спросила я.

– След, говорю, характерный нашел. Могилка одна подрыта оказалась, да клочок ткани возле нее валялся.

– Саван? – запоздало дошло до меня.

– Скорее всего. Потому и думаю, что тикса. Никто другой по могилам такие ходы не роет.

Я неожиданно хмыкнула, покосилась на обрубок руки, изуродованную шею старосты и прищурилась.

– А откуда ты, уважаемый, про повадки Тварей знаешь? Никак рейзером в свое время побывал?

Кречет метнул на меня недобрый взгляд и неохотно признался:

– Не рейзером.

Просто охотником. Когда был совсем еще молодым дураком и жизни не знал.

– Совсем, как я, – усмехнулась я.

– Я этого не сказал, – тут же отодвинулся староста.

Он внезапно остановился, пристально посмотрел на нас с Лином, какое-то время изучал еще внимательнее, чем в деревне, а потом неожиданно усмехнулся.

– А вам, господин, палец в рот не клади.

– А ты мне «господином»-то в глаза не тыкай, – в тон ему усмехнулась я. – Мне далеко не столько лет, сколько тебе, а уважать опыт и мудрость у нас в семье завсегда было принято.

Так что не позорь свои седины и не называй меня тем, кем я никогда не являлся.

Староста впервые улыбнулся.

– Да я ж не со зла. Но нынче молодежь-то пошла гордая. Попробуй такую задень – мигом носы отвернут и восвояси отправятся. Да еще скажут, что с неуважением встретил господ-рейзеров. А мне за деревню перед Алларом отвечать. Обязательства взятые исполнять. Вот и приходится выбирать: то ли гордыню смирить и поклониться пониже, а то ли упрямством своим помощников вероятных отпугнуть и остаться один на один с Тварями.

Я понимающе кивнула.

– Верю, что тяжко. Но со мной можно попроще. Я не привереда.

– Зовут-то тебя как, «непривереда»? – совсем по-доброму усмехнулся Кречет.

– Гай… но в Договоре все равно напиши: «Фантом».

– Я-то напишу. Но вот согласишься ли ты на эту работу?

– Скорее всего, – я пожала плечами. – Если там не кахгар притаился и не рирза гнездо себе свила, то соглашусь.

Староста присвистнул.

– А ничего себе у тебя запросы…

– Уж какие есть, – с достоинством отвернула я, и мы, не сдержавшись, тихо рассмеялись.

Вернее, это я рассмеялась тихонько, скрывая свой изменившийся, неестественно мелодичный голос, а Кречет, признаться, заржал, как норовистый жеребец при звуках боевого рога.

– Давно бродишь? – уже совсем по-свойски поинтересовался староста, когда неуместное веселье попритихло.

– К рейзерам собираешься податься?

– Вряд ли. В любом случае мне пока опыта не хватает. А там – посмотрим.

– Опыт – дело наживное, – не согласился со мной староста. – Я в твои годы вообще считал, что весь мир уже – мой.