Севастопольский блиц

Но сквозь землю провалиться не представлялось возможным, и поэтому, выпрямив спину и вздернув подбородок, я произнесла с горькой усмешкой:

– Ну, здравствуйте, мисс Флоренс Найтингейл, доблестная и самоотверженная сестра милосердия… Помню вас и ваши заслуги… Надеюсь, ваш закаленный взгляд, видавший всякие ужасы, не сильно шокирован видом поверженной, истерзанной, обезумевшей королевы без королевства? Вы так хотели попасть сюда – что ж, я вас слушаю. Но едва ли чем-то смогу помочь…

Странно, но ее взгляд, устремленный на меня, не выражал ни удивления, ни ужаса от созерцания меня в таком кошмарном виде. В глубине ее глаз таился теплый блеск, а в уголках губ пряталась легкая улыбка – кроткая, точно у ангела. Она источала нечто такое, от чего мне становилось как-то спокойно. Странно было это все – как будто тут имела место какая-то магия… Так это или нет – но визит Флоренс благотворно на меня подействовал. И мне даже было уже неважно, в каком виде я стою перед ней…

– Ваше величество… – произнесла она тихим, но вместе с тем энергичным, уверенным голосом, – не сочтите за дерзость, но я пришла, чтобы помочь ВАМ… Я услышала ваши стенания, посыл вашей терзаемой души достиг меня – и вот я здесь, с надеждой поддержать вас и облегчить ваши страдания.

– Вот как? – удивилась я. – И каким же образом вы собираетесь помочь и облегчить мои страдания? Может быть, вы знаете, как выбраться отсюда? как убить всех этих злобных русских вместе с их Артанским князем и вернуть величие нашей Империи?

– Ваше величество… – сказала Флоренс Найтингейл, не обращая внимания на мой сарказм, – В первую очередь Вам следует думать о том, как выбраться из плена своих заблуждений, убить в себе дьявола и вернуть величие вашей душе… Вспомните, ведь вы же христианка, а не злобная язычница, радующаяся мучениям людей, которых она считает своими врагами.

– Что ты говоришь? Я не понимаю… – прошептала я.

Я в растерянности стояла перед ней – такой умиротворенной, чистой, словно окутанной Господней благодатью. Я хотела, чтобы она говорила. Я хотела слушать ее. Мне казалось, что речь Флоренс, все эти странные ее слова пробуждают во мне что-то давным-давно похороненное и забытое…

– Ваше величество… – сказала она, внимательно вглядываясь в мое лицо, словно пытаясь проникнуть вглубь моей души, – я вас прошу – послушайте меня и не перебивайте. Артанский князь – совсем не кровожадный монстр, каким вы его себе представляете. Он не испытывает ненависти к вам лично и к вашей стране. Он ненавидит лишь то зло, которое живет вас, глубоко запустив свои черные щупальца в вашу душу.

– Но он собирается казнить меня! – воскликнула я, не выдержав.