Мой идеальный смерч. Дилогия

– А тут бар есть, может, выпьешь? – ангельским голосом спросила я.

– Мария, отстань…

– Я думала, может, ты водички желаешь?

– Нет, благодарю, – его голос стал едва слышным, кажется, парень действительно засыпал. Я выполнила его пожелание и ушла в гостиную, прикрыв дверь, чтобы не мешать Смерчу. Мне спать не хотелось совершенно. Но только я сделала пару шагов по направлению к широкому окну, как мобильник Дэна громко заиграл, а следом послышалось его выразительное: «Господи, что я тебе сделал сегодня?». Какой хороший, матерными словами не выражается! Правда, он потом объяснил, что все-таки выражается, но не в присутствии меня и мне подобных – Смерч так и сказал.

– Да, – вялым тоном спросил он. – Дмитрий? Нет, я не Дмитрий, я Денис, вы ошиблись… Ничего страшного.

Я мигом оказалась около парня, приземлившись на кровать, за секунду преодолев пару метров и дверь.

– Кто это был? – хищно спросила я.

– Женщина какая-то, – отозвался с зевком Дэн. – Как можно ошибиться номером ночью?

В это время сотовый вновь требовательно зазвонил.

– Кому не спится? – процедил сквозь зубы мой партнер, вновь протянув пальцы к средству сотовой связи.

– Это моя мама, идиотина, – первой схватила я мобильный телефон и голосом очень послушной девочки произнесла:

– Да? Мама, это ты?

– Это я, – услышала я ее голос, очень сердитый. – Ты где, дорогая, ходишь-бродишь?

– Я в Музее, – отозвалась я излишне бодро.

– И что же ты мне не звонишь? Обещала ведь, – выразила недовольство родительница. – Что за поведение?

– Я забыла, прости, – покаялась я.

– Господи, Маша! Ты свою голову не забыла? Я волнуюсь, не сплю, между прочим, а мне завтра на работу. Когда дома будешь?

– Это… завтра утром, – произнесла я.

– Почему? Вас же обещал развести папа Дмитрия ночью.

– Здесь столько всего интересного, что мы не хотим уходить! – еще более бодро ответила я маме.

– К примеру? – спросила она насторожено. Выставки она не слишком любила, предпочитая изобразительному искусству драматическое.

– Нууу, – мне на глаза попался натюрморт с яблоками и сиренью, и в голове сразу же созрел ответ. – Вот сейчас мы находимся около… площадки постмодернистов-современников. Тут этот, наш известный художник Радов новые картины демонстрирует.

Услышав такое странно название, Дэнни глянул на меня с огромным интересом. Такой картины он не знал

– Какое око? – не поняла мама на том конце провода. – Серое? Серое око?

– Се-ро-ко, – по слогам произнесла я, придумав концепцию якобы новой картины этого чудного дядьки. – Это утонченная картина сирени и яблока, сокращено «сероко». Три первые буквы слова «серень» и три последние «яблока».