Мой идеальный смерч. Дилогия

Поздно…

Слава Богу, мама его послушала и, всего лишь пару минут почитав мне нотации, положила трубку. Смерчинский опять заржал.

– Кто? Сероко? – сквозь смех произнес он. – Ну, ты и выдумщица, девочка моя! Черт, Сероко… Сероко, которое смеется за гранями холста! – и он опять зашелся в искристом смехе.

– Заткнись, – пробурчала я, хотя мне тоже хотелось улыбаться, – спи, идиот. – Утром поговорим. Насколько я помню, твой качан вроде бы болит и мечтает поспать. Спи. Сегодня я не расскажу тебе сказку. Не заслужил.

– Спокойной ночи, Чип. Без тебя было бы очень скучно сегодня, – произнес Смерч, глядя на меня с… Нежностью? Радостью? Дружелюбием? Я так и не разобрала его взгляда.

– Спокойных кошмариков и добродушных монстриков, Смерчинский, – и с этими словами я, разобиженная, но отчего-то умиротворенная, вышла из спальни вновь, оставив парня одного.

Я покружила по номеру, заглянула везде, куда только смогла, подивилась ванной комнате и туалету, задумчиво посмотрела на полотенца, вспомнив, что чаще всего именно их и воруют постояльцы, перелапала все предметы, позавидовала тем кто в состоянии оплатить такой номер, пораскинула мозгами насчет его суточной стоимости и, чтобы совсем не обзавидоваться, решила забыть об этом, погасив свет и переключив свое внимание на вид из окон.

Вроде бы шестой этаж, но вид на сонный город открывается приличный: кругом огни, огни, огни, даже река, видимая отсюда, заполняется ими: маленькими и большими, яркими и слабыми. И на небе огни, уже звездные. И где-то там, в скоплении этих огней, находится мой Никита, спит, наверное, я знаю – в это время он уже спит.

Я открыла окно и подставила лицо ветру – его, правда, не оказалось, зато почему-то запахло мандаринками и сигаретным дымом одновременно, наверное, из соседних номеров доносились запахи.

А потом, вглядываясь, как последняя идиотка, в темно-синюю даль, прошептала:

– Эй, Никита, сладких снов тебе. Где бы ты не был и что бы ты не делал сейчас – пусть тебе приснится то, о чем ты больше всего мечтаешь. – на этом мой романтический пыл угас, и я добавила. – Пусть тебе приснюсь я, чтобы ты понял, что Маша Бурундукова – классная девчонка, которая намного лучше Тролля.

Сигаретами завоняло сильнее.

Я закашлялась и произнесла тихонько:

– Чтобы ты сигаркой подавился, ночной любитель покурить.

Ответом мне было мужской веселый голос и игривый женский хохот, раздавшиеся из открытого окна этажом ниже.

– Веселитесь, придурки? А я тут страдаю, между прочим. У меня вообще-то любовь неразделенная. А вы там свои сексуальные игрища устраиваете. Еще и курите. Может, я тоже всю жизнь мечтала курить, а у меня аллергия на дым? Веселитесь. Недолго осталось, хе-хе-хе, – тоном древней пророчицы произнесла я.