Целительница

А уж в том, что касается хирургии… Это даже среди небожителей отдельная каста. Им, особенно талантливым, позволено все и даже больше.

Отец говорил, что многое зависит от заведующего отделением. Как тот поставит работу, так и будет. Судя по всему, в этом отделении о морали если и слышали, то когда-то давно.

— Уберите руки, — произнесла я тихо, но твердо.

— А то что? — глумливо поинтересовался он. Да еще и второй рукой приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть на себя.

А руки у хирургов крепкие. Пальцы — сильные. Представив, как отреагирует Игорь, если заметит следы на моем лице, медленно выдохнула.

— Мулом станете, — криво усмехнулась я, опуская ладонь вниз и активируя магему, делавшую на какое-то время мужчину бесплодным.

Он сначала не понял, затем, ощутив легкий разряд, как от электрического тока, наклонил голову и посмотрел вниз.

Целителем хирург не был — дар чувствовался, но слабенький, но что означало свечение вокруг моей ладони, он сообразил сразу.

Отскочил от меня, как будто я была прокаженной. Кадык дернулся, желваки заходили…

— Что здесь происходит? — то ли усугубил, то ли разрядил обстановку вернувшийся тот второй, что сидел с этой тварью за одним столиком.

— Ничего, — мило улыбнулась я. — Я здесь на практике, многого не знаю, вот спросила, до которого часа работает столовая.

Похоже, второй своего дружка знал. Хмыкнул, однако ничего не сказал. Но в сторону, когда я сделала шаг, отступил, пропуская.

А до конца моего рабочего дня было еще два часа.

И почему-то я была уверена, что еще ничего не закончилось.

Васильеву мы помыли. Не всю сразу — ее положение не позволяло, по участкам. Частично освобождали от одежды, подкладывали клеенку, использовали мягкие губки и мыльный раствор.

Пока работали, Люба шутила, я поддакивала. Потом откликнулись и остальные пациентки, так что бабушка наша заулыбалась. А уж после того, как освежилась, так почти помолодела. В глазах огонь, того и гляди вскочит с постели и пустится в пляс.

Признаюсь, я не удержалась и воспользовалась магемой восстановления. Не в полном объеме — в таком возрасте она скорее добьет, чем поможет выздороветь, а в том, который применяется для грудничков.

Мгновенного эффекта не будет, но обойдется без лишних осложнений, что для старушки очень даже хорошо.

Рахима Симбаевна появилась, когда мы уже закончили.

Нет, заглядывала она частенько — на одну Любу не рассчитывала, но обычно посмотрит и выйдет за дверь. А тут подошла, встала рядом, дожидаясь, когда я укрою пациентку одеялом и поправлю ей косынку.

— Рахима Симбаевна? — закончив, обернулась я к ней.

На часах было без десяти три, но напоминать, что мой рабочий день уже заканчивается, я не собиралась. Не ту профессию выбрала, где все строго по часам.