Цифровой шквал

«Уазик», при всей известной жесткости своей подвески, все же отличался великолепной проходимостью, а проселочные дороги в горах всегда доставляют водителям мало удовольствия. Особенно в такое время года, когда почва мягкая, а в отдельных местах среди деревьев и кустов снег держится еще плотно и высоким слоем, подтаивает и подпитывает талой водой почву и в лесу, и под дорогой.

– Как тут у вас зима прошла? – ради поддержания разговора поинтересовался подполковник Сакратов у Саукыдзэ.

– Зима ничего, холодновато было, но перетерпели. А весна тяжелая была, – поморщился капитан, словно от неприятных воспоминаний. – Как таять стало, в горных районах лавины пошли... Еще бы не пойти, если столько снега выпало. ЛЭП несколько раз сносило. Подолгу без электричества сидели. А потом таяло так, будто мы на горячей сковороде живем. Паводок, конечно, сильный начался. Мостов много смыло... Сейчас вот сами восстанавливаем.

– Молодцы! А у нас больше ждут, чтобы им на блюдечке принесли.

– У нас жизнь такая – без мостов нельзя.

– У нас тоже без мостов нельзя.

– Вот сейчас придется речку переезжать, – капитан указал рукой вперед, – мост смыло. Старый был мост, еще до революции построен. Сюда люди еще не добрались, ближе ремонтируют, но тоже доберутся, восстановят. Или новый построят.

– А как без моста проезжать будем? – спросил Литовченко. – «Уазик» – не вертолет. Мне почему-то так кажется... Если я не прав, прошу у общества прощения...

– Нормально проедем, через реку проскочим. Вода уже три дня как сошла, – уверенно сказал Гергиев.

В самом деле, скоро дорога, после очередного крутого поворота, стала резко уходить вниз, а еще через пару минут и мост стало видно. Вернее, не мост, а то, что от него осталось. Издали чудилось, что мощное каменное сооружение должно было бы выдержать любой напор воды и устоять. Однако, когда машина приблизилась, впечатление изменилось, и стало казаться, что от ветра останки моста готовы были рассыпаться. Но проезжающих мимо это касалось мало, поскольку «уазик» съехал на каменистый берег и, неторопливо переваливаясь с камня на камень, переехал через реку, глубина которой в самом глубоком месте не достигала полуметра.

– Здесь все реки такие мелкие? – спросил Максим Васильевич.

– Если бы так, – усмехнулся капитан. – Тогда и мосты не нужны бы были.

Машина тем временем выбралась на дорогу, и капитан, обернувшись, показал карту.

– Где будем останавливаться?

– Вы меня спрашиваете? Я рассчитывал, что вы подскажете, где лучше встать, чтобы и спрятаться можно было, и к кабелю подобраться по кратчайшим маршрутам.

– Понял. Тогда я знаю, где. На старую дорогу сворачивай, – приказал Саукыдзэ молодому водителю, пока еще не сказавшему ни слова по-русски.