Моя. Я так решил

— Амиго… Не спишь?

— Какое спать? Что?

— Короче говоря… Твоя девочка… Я говорил, что она совсем не простая девочка?

Я смотрю на Егеря, отчётливо шевелящего ушами в мою сторону. И пытаюсь понять, что несет Родриго, сейчас вымораживающий своей многословностью.

— Ну?

— Так вот… Она вообще чика дифифиль…

— Чего?

— Говорю, вообще непростая девочка… Ахиль… Шустрая.

— Нашли ее?

— Да…

— Где?

Я выхожу в комнату, начинаю торопливо собирать шмотье в карманы, уверенный, что сейчас надо будет ее выручать… Бабки нужны…

Егерь смотрит на меня, молча достает доллары.

— Я сейчас приеду!

— Не торопись, амиго… Она не в стране уже…

— Че-го???"

"Замираю, не веря просто словам Родриго. Это как не в стране? А где, мать вашу?

— Не знаю, амиго… Вылетела два часа назад… В направлении Бразилии… По другим документам, вместе с еще одной блондинкой, похоже, той самой, что мы вычислили… Очень-очень шустрая… Не успели среагировать, только потом по камерам отследили, и то, потому что ориентировка на младшую была…

Я молчу. Слов нет. Просто нет слов.

— Кто она по профессии, говоришь, амиго?

— Угу… — бубнит Егерь, — вот и мне интересно…

Глава 15

— Конь, только ты мог так охерительно скакнуть, — философски выдает Егерь, когда мы, уже заказав мне билет в Бразилию, а ему — в Канаду, тупо пялимся в потолок номера.

— Отъебись, — хамлю я, уже устав от его подколок. Ну в самом деле, сколько можно?

— Да я-то че? Я ниче… Ты с Масей сам потом говорить будешь… Советую придумать душещипательную историю. Она сейчас немного плаксивая, реагирует остро. Пожалеет тебя, слепого придурка. А мы с Котом поржем.

— Не сомневался даже…

— Слушай, а может, ну ее, а? — Егерь разворачивается ко мне, подпирает небритую рожу волосатым кулаком, смотрит серьезно, — она ведь дохренища проблемная… И явно не хочет, чтоб ты ее догнал…

— Мне плевать, — честно отвечаю я, даже не задумавшись. И внутри такое спокойствие, просто ледяное. Получается, все решил для себя, да? Прикольно осознавать себя маньяком. — Я ее найду.

— И чего тогда?

— И заберу себе.

Слова даются легко. Удивительно, насколько.

Со стороны Егеря невнятное бульканье, словно он моими откровениями давится. Но мне на него смотреть не интересно. Лучше в потолок.

— Конь… — нерешительно и крайне серьезно спрашивает Егерь, — а может, тебе того? Полечиться? По-моему, ты прочно крышей съехал. Она же не вещь… И вообще… Зубастая очень. Я переживаю за тебя, Конище. Ты, конечно, тот еще геморрой в жопе, но родной. И Мася переживать будет, если тебя твоя амазонка прирежет, как этих троих…

— Да с чего ты взял, что это она?

Возражаю я больше для порядка. Потому что… Понятно, что Родриго мы ничего не рассказываем о своих подозрениях.