Абандон. Брошенный город

Кого-то одного называли «убийцей», и все остальные имели в своем распоряжении минуту, чтобы убежать и спрятаться. Потом «убийца» отправлялся на охоту, и тот, кого он касался, считался убитым и должен был лежать на земле, пока «убийца» не отыщет остальных. Однажды Эбигейл спряталась под «горкой» и оттуда наблюдала за прошедшим рядом охотником. Она до сих пор помнила особое чувство, смешанное с напускным страхом радостное возбуждение, которое испытала тогда.

Наконец ботинок перестал давить ей на палец. Послышались удаляющиеся шаги.

Лежа в темноте и пытаясь понять, что происходит, Эбигейл услышала в другом конце городка голос зовущей мужа Джун.

«Может быть, остаться здесь, в подполе? Отсидеться несколько дней? Но что, если они видели меня? – вертелись мысли у нее в голове. – Если знают, что я в городе? Днем они за несколько часов проверят все дома. Безопаснее постараться уйти сейчас, под покровом темноты».

Она вспомнила про сотовый телефон, лежавший в верхнем отделении рюкзака, оставшегося в ее палатке. Позвонить из каньона, скорее всего, не получится, а вот на перевале сигнал был, и ей даже удалось поговорить с матерью.

Журналистка проползла по лужам и грязи к пролому в полу, осторожно приподнялась и выглянула.

В танцзале никого не было. Джун больше не звала, не кричала, и даже ветер как будто стих. Эбигейл выбралась из подпола. Лежа на досках, она чувствовала себя в большей безопасности, и потому решила не вставать, а ползком добраться до той дыры в стене, через которую и попала сюда.

Приникнув к щели между обшивочными досками, Эбигейл долго всматривалась в туман. Бежать в лагерь через весь город слишком опасно. Лучше пробраться по боковой улочке, подняться по склону и укрыться над Абандоном, а потом спуститься прямиком в лагерь, предварительно убедившись, что там никого нет.

Аккумулятор в телефоне заряжен. Если удастся поймать сигнал, позвонить 911. Если, что вероятнее, сигнала не будет, придется идти к перевалу – это примерно час пути.

Фостер постояла еще немного, успокаиваясь, а затем сделала несколько глубоких вдохов, наполняя легкие кислородом и готовясь к броску. Одна мысль, как ни старалась она загнать ее поглубже, не давала ей покоя: «Если они увидят меня, мне конец».

Наконец девушка нырнула в дыру, вышла на боковую улочку и побежала.

Еще немного… еще пять секунд – и она выберется из города-призрака.

Что-то метнулось к ней из-за танцзала. Ладонь накрыла ее рот.

– Тсс! Это я, Эбби. – Голос принадлежал Лоренсу, который увлек журналистку за угол.

– Джеррод мертв, Скотт сильно ранен, – сказала она.

В доме на другой стороне улицы хрустнуло дерево.

– Слушай, – прошептал Кендал, – на склоне есть дом с эркерным окном. Отправляйся туда, спрячься и не показывайся.

– У меня налобный фонарь погас.