Абандон. Брошенный город

Айзея вытолкнул Лоренса из гардеробной.

– Сядь! – прикрикнул он на Эбигейл. – Да не ты, Ларри! – Затем он прижал профессора к окну.

– Говорю тебе, они должны быть здесь, – уверял его тот. – Может быть, кто-то еще…

– Ты что-то скрываешь от меня? – Айзея расстегнул ножны на лодыжке под брючиной.

– Клянусь тебе, ничего! Они должны были быть здесь. Я понятия не имею…

– Клянусь тебе, я не… пожалуйста…

– Слова меня не убедят, Ларри. Но знаешь, что убедит? Боль. – Айзея бережно снял с Кендала очки, уронил их на пол и аккуратно раздавил каблуком ботинка. – Сейчас я вырежу тебе правый глаз…

– Нет, пожалуйста, нет… – забормотал ее отец.

Айзея надавил локтем на его дыхательное горло, перекрыв ему на пару секунд доступ воздуха.

– Даю тридцать секунд. Подумай и представь другой ответ. Если ты по-прежнему считаешь, что не знаешь об их местонахождении, я, возможно, с большей готовностью приму твой ответ. А знаешь почему?

Лоренс покачал головой. Глаза у него уже лезли из орбит.

– Потому что в данный момент ты не понимаешь, в чем на самом деле заключается план, – продолжал его мучитель. – Ты думаешь, что понимаешь, но это не так.

Но когда твое теплое правое глазное яблоко ляжет на мою ладонь, ты придумаешь ответ получше. Ты будешь знать, что я могу и полон желания порезать тебя на кусочки. Дело не в том, что мне нравятся пытки. Просто я должен быть на сто процентов уверен, что ты говоришь правду.

– Айзея, послушай. Мне нужна минутка…

– Извини, Ларри. Другого варианта нет.

– Пожалуйста, остановитесь! – умоляюще произнесла Эбигейл. – Он мой отец. И он не знает, где золото.

– Вот мы и выясним это наверняка.

Кончиком лезвия Айзея приподнял нижнее веко правого глаза Кендала.

Тот попытался отвернуться.

– Стой смирно, черт возьми! – прикрикнул на него бандит. – Или хочешь, чтобы я нечаянно поранил тебе мозги?

Эбигейл вскочила и бросилась к Айзее, но кто-то схватил ее сзади. Она попыталась вырваться, но ее уже крепко держали за запястья и прижимали к полу.

– Тебя не убили, – прошептала журналистка. – Ты притворился. Ради нас.

Изловчившись, она высвободила руку, сорвала со своего противника маску и увидела перед собой отмеченное двумя шрамами, бородатое лицо их проводника, Джеррода Спайсера.

– Черт, Джеррод! – вырвалось у Айзеи.

– Она узнала меня по глазам! И что нам теперь делать? – раздраженно крикнул Спайсер и поднялся.

– Ты сам допускал такую возможность, – пожал плечами Айзея. – Мы знали…

– Слишком многое пошло не так, как ты говорил. Почему бы тебе самому не снять…

Айзея отступил на шаг от Лоренса и стащил свою маску.

В свете налобного фонаря Эбигейл увидела гладко выбритое лицо тридцатилетнего чернокожего мужчины, которое при иных обстоятельствах сочла бы на редкость красивым.