Адвокат. Судья. Вор

Тогда откуда деньги? Нашел? В карты выиграл, в лотерею? Американская троюродная прабабушка наследство оставила? Тогда почему в глазах у Женьки поселилась какая-то совсем уж нехорошая угрюмость, и почему он не поспешил поделиться своей радостью с другом?

Кондрашов не только сам ничего не рассказывал о своей новой работе, но и на вопросы Обнорского отвечал весьма уклончиво и неконкретно, пока Андрей однажды не выдержал и не спросил его в лоб:

– Жека, ты что, в братву подался?

Бывший опер скривился в невеселой усмешке и после недолгой паузы ответил:

– Не мотай мне душу, Андрюха… Не маленький, сам все понимаешь… Я тебе одно только скажу: куда бы я там ни подался: к братве или еще куда, – злодеем я еще не стал… А самый большой бандит в нашей стране – это государство, потому что оно из нормальных людей сначала делает хуй знает кого, а потом этих же людей и обвиняет во всех смертных грехах… Ты меня пока не спрашивай ни о чем, что смогу – сам расскажу… Потому что, если ты будешь лишнее знать, тебя за одни наши разговоры, в случае чего, как соучастника привлечь смогут… Даже если будут знать, что ты ни в одном конкретном деле физически не участвовал.

– Почему? – удивился Обнорский. – Я же журналист, я многим вопросы задаю, у меня работа такая…

Кондрашов хмыкнул и потер пятерней светлый ежик на затылке.

– Все, кому надо, прекрасно знают о наших с тобой отношениях: что мы учились вместе, что встречаемся часто, водку пьем, баб трахаем… То есть отношения между нами намного ближе, чем между тобой и теми, кому ты вопросы задаешь… А теперь представь ситуацию: предположим, ОРБ, куда меня в свое время приглашали идти работать и куда я идти не захотел, нахватывает меня на какой-нибудь ерунде (на серьезном чем-нибудь взять меня гораздо сложнее, я ведь тоже опером был, и довольно неплохим).

Ну вот, что им с этой ерундой делать? Ну, попрессуют в камере, потреплют нервы, а потом все равно придется передавать в суд, где все и развалится… Это если бы речь шла просто о таком вот прибандиченном пареньке Женьке Кондрашове… Но ведь подать-то можно все совсем по-другому: не просто Женька, а бывший капитан спецслужбы угрозыска, рядом с которым бывший капитан Советской Армии, выполнявший спецзадания на Ближнем Востоке, ныне криминальный репортер одной из крупных городских газет, вхожий во многие кабинеты…

– Какие кабинеты? – возмутился Серегин.

 – Какие спецзадания?

– Да не важно, – махнул рукой Женька. – Подавать будут все равно именно так… А когда узнают, что рядом со мной еще и бывший…

Кондратов вдруг осекся и нахмурился. Андрей немедленно переспросил:

– Не важно кто, – покачал головой Женя. – Найдут кого-нибудь из знакомых, чтобы пристегнуть.