Адвокат. Судья. Вор

 – То ли у парня с горя крышу переклинило, то ли еще чего… Короче, он из прокуратуры ушел – нехорошо ушел – и сначала в адвокаты подался, а потом… Только это строго между нами, понял?

– Не маленький, мог бы и не предупреждать, – сердито буркнул Обнорский.

– Потом он какие-то дела с серьезной братвой стал тереть. Я буквально пару дней назад от своих людей это услышал, даже не поверил сначала, – вроде видели Челищева на какой-то стрелке, причем он от очень солидной команды выступал… Про Адвоката ты, конечно, слыхал?

– Ни хрена себе! – ахнул Серегин.

 – Группировка Званцева? Он же сейчас в «Крестах» вместе со всеми быками своими…

– «Со всеми»… – фыркнул Женька. – Это тебе не иначе как начальство оэрбэшное так сказало… Сам посуди – бывает ли так, чтобы всех в камеры позабивать? Кто-то все равно на свободе останется… А за Адвоката вроде как женушка его дела ворочает – некая Екатерина Дмитриевна… Я ее видал мельком пару раз – ничего тетенька, смачная такая… И не дура совсем, очень, я бы даже сказал, не дура… Тебе бы понравилась, ты таких баб любишь.

– А ты? – ощетинился Андрей.

– Само собой, – кивнул Кондратов и погладил себя по голове, был у него такой любимый жест. – Ежику понятно, и я таких люблю… Кто же не любит красивых умных баб? Наверное, только полные дауны. А мы с тобой еще не совсем полные…

Этот разговор с Женькой произошел буквально накануне звонка первого заместителя начальника ОРБ Геннадия Ващанова с предложением повстречаться с вором в законе Бароном… Так что потом, когда Андрей начал размышлять над ситуацией, в которой оказался, ему уже было не так просто решиться на доверительный разговор с Кондрашовым.

Нет, он, конечно, доверял Женьке по-прежнему, но… Бог его знает, какими делами тот сейчас занимается. Да и своих проблем у бывшего опера, судя по всему, хватало с избытком, чего на него еще какую-то муть нагружать? Тем более что вплоть до самых похорон Барона Андрей откровенно сомневался в реальности всего, что успел нашептать ему умирающий…

Как ни странно, сомнения эти были во многом развеяны пышными и богатыми проводами Юрия Александровича.

Что-то здесь было не так, нелогичное что-то таилось в хорошо и дорого срежиссированной церемонии прощания «соратников» с безвременно ушедшим «другом и отцом».