Бандитский век короток

Замерцал в темноте огонек сигареты…

Выйдя из машины, майор присел рядом, прикурил новую сигарету от окурка старой, покосился на Грома и произнёс тихо:

— Ну, здравствуй, что ли, капитан.

— Здорово, Витек, — глухо отозвался Алексей после долгой паузы.

Они помолчали. Заметив, что его друга бьёт крупная дрожь, Виктор Михеевич сказал:

— Одет ты не по погоде, Гром, пойдём-ка в машину.

Алексей поднялся и медленно, как автомат, пошел, загребая ногами снег и сутулясь. Рулеву показалось, что его друг не очень понимает, где он находится и что с ним происходит.

Согревшись в машине, Алексей перестал дрожать. Он выпил сто граммов коньяка, налитого майором, закурил, отказавшись от шоколадки, и, глядя в ночь за лобовым стеклом, тихо спросил:

— Кто их убил, Витя?

Этого вопроса Рулев боялся больше всего. Он знал, что будет после того, как он назовет Грому имя. Будет война. А война в его, майора, родном городишке, покой которого он обязан охранять и защищать, была недопустима, и Рулев заюлил:

— Видишь ли, материалы следствия не позволяют пока с уверенностью сказать…

— Не ври мне, Витя, пожалуйста, — тихо прервал его Алексей. — Просто скажи.

Никогда еще Рулев не был так противен сам себе, но, сжав зубы, он упрямо процедил:

Тягостное молчание повисло между ними. Открыв дверцу, Алексей молча полез из машины. Ухватив за ремень, Рулев рывком вернул Грома на место.

— Не дури. Пойдем к тебе, нам есть о чём поговорить.

— Не, — мотнул головой Гром. — Не пойдём. У меня ключей нет.

— Тогда вот что, едем ко мне. Татьяна с дочкой в отъезде, переночуешь у меня, а утром решим, как жить дальше.

В просторной уютной квартире Виктора Гром немного оттаял. Он поковырял вилкой котлету, затем, решительно отодвинув тарелку, поднял на Виктора совершенно больные глаза и попросил:

— Расскажи мне, как это случилось?

Майор хватил полный стакан коньяка и начал рассказывать.

История была самая обычная и потому особенно страшная в этой своей обыденности. Всё началось с того, что год назад отец Грома, Иван Михайлович, решил открыть свой магазин. Кое-какие деньги в семье были. Иван Михайлович подзанял у знакомых недостающее, выправил разрешение на торговлю, заплатил что положено и, построив неподалёку от дома павильончик, начал торговлю. Месяца два всё шло хорошо. Жена-бухгалтер занималась деньгами, а младший сын мотался на машине, доставляя товар. Вот только денег было маловато, все съедали дикие налоги, и магазин пока работал «по нулям», почти без прибыли. Но Иван Михайлович не унывал. Он с нетерпением ждал приезда из Чечни старшего сына Алексея. Заработанные им деньги сразу решили бы все проблемы. Все началось в один из осенних дней.