Бандитский век короток

Сальная, тёмная челка низко нависла над лбом, толстые щечки обвисли брылями, набрякли лилово мешки под глазами, по лицу разлилась нездоровая желтизна. И даже отсутствие карикатурных усиков не умаляло жуткого сходства.

— Господи! — пробормотал в ужасе Толбоев.

Крот посмотрел на свою сжимавшую стакан правую руку. Она тряслась так, что хрустальное донышко звенело о полированную поверхность стола. Тогда он сжал пальцы, и тонкое стекло брызнуло в стороны, оставив глубокие порезы.

Бандит схватил что-то в ящике стола, вытянулся весь в сторону Тихомирова, и заплясала в его израненной руке тяжелая «беретта». Кровь, струящаяся из порезанных пальцев, залила рифленую рукоятку, отчего та стала мыльно-скользкой.

Пистолет был похож на страшного, черного, покрытого кровью зверька, который пытается вырваться из рук держащего его человека и убивать… убивать…

Глеб Федорович медленно поднял руку, чтобы перекреститься.

— Замри, падло! — прошипел Кротов. — Замри, упырь! Ишь, бабушка ему сказала! Гуся с удавкой к твоей бабушке слепенькой. Говорит много, — прохрипел он.

Пистолет оглушительно бахнул, и левое ухо Глеба Федоровича повисло мокрыми красными комочками. Тихомиров взвизгнул и, присев, закрылся. Между его пальцами обильно потекла кровь.

Словно в ответ на его крик, в дверь почтительно, но настойчиво постучали. Не дожидаясь разрешения, в кабинет быстро вошел один из телохранителей Крота, молодой и жестколицый, почтительно склонившись к сидящему бандиту, что-то коротко прошептал ему на ухо и поставил перед ним тяжелую спортивную сумку.

Федор Петрович с опаской расстегнул ее, недоверчиво посмотрел на телохранителя и не торопясь принялся вытаскивать из нее уже знакомые нам предметы: спальный мешок, похожий на батон варёной колбасы, лекарства в нерусских упаковках и оружие… оружие и патроны. И деньги. Много денег. Русских и нерусских.

— Ну что, мудаки, оборотень, говорите? Ангел Серафим, значит? — мягко рассмеялся Крот, и Толбоев поразился, как он мог принять этого улыбчивого бизнесмена за страшненького, кровавого автора «Майн кампф».

— Где нашли? — спросил Крот, с некоторым удивлением глядя на свою окровавленную руку с зажатым в ней пистолетом. — Он досадливо тряхнул рукой, и кровяные брызги упали на белоснежный палас.

— У старых домов на улице Королева. Помойка ещё там недалеко, — четко доложил жестколицый.

— Всю ночь мело. Сумку утром два бомжа из снега откопали. Там рядом Фоня Зверь живёт. У него «бээмвуха» старая, ну, с утра, конкретно, не заводится. Он, значит, пока с ней мудохался, бомжей и заприметил.

— Этот Фоня твой — местный?

— Я ж и говорю, у его подъезда сумку нашли.

— Так! Его старшим. В подхват десять человек.