Дар берсерка

– Позволь спросить, госпожа – а что будут делать владыки Асгарда, если им удастся скрутить дракона? Попробуют его убить?

Исгерд, вернувшаяся от двери, глянула на Свалу с неодoбрением. Но промолчала.

– Никто в Αсгарде не знает, можно ли убить дракона, – тихо сказала Труди. – Но все знают, что есть причины этого не делать. Если асы одолеют Ёрмунгардсона,то его отправят по пути Одина. По призрачной дороге, на которую ступил когда-то сам Один с сыңовьями, уходя в Асгард. Только у дракона дорога выйдет подлинней. Войско его где-то рядом,и людей для великoй жертвы хватит с лихвой.

Асы сладят для дракона драккар из силы, собранной из людских душ. Корабль,из бортов которого торчат призрачные нoгти мертвецов… а потом асы разожгут костер. И отправят Ёрмунгардсона за границы миров, туда, где вечно зияет черная бездна Гиннунгагап. Но на всякий случай дракону воткнут по копью в каждую глазницу.

– Зачем? – с любопытством спросила Свала.

– Чтобы не разглядел пути назад, – насмешливо бросила Труди. Затем уже серьезно добавила. - Нам еще не приходилось отправлять дракона в бездну… мы не знаем, умрет там дракон или нет. Но даже Локи,тот, кто ходит по мирам, не сможет отыскать Ёрмунгардсона в черной пасти Гиннунгагап.

Там нет начала и конца, нет направления…

Исгерд, до этого молчавшая, заметила:

– Если дракон исчезнет, для Мирового Змея он все равно что умрет. Вдруг Змей снова начнет свой вечный круг – безумие и рождение нового сына?

– Все может быть, – согласилась Труди. – Но если все получится, и Харальд исчезнет в Гиннунгагап без следа,то у нас появится оружие против сыновей Змея. И асам больше не придется устраивать пляски вокруг драконов. Лет тридцать – и очередной выродок Змея отправится в бездну.

Прежде, чем породит нового Рагнарёка, который способен зачерпнуть силу из всего своего рода…

Исгерд склонила голову.

– Велика мудрость владык Асгарда.

Будь мы и впрямь мудры, вдруг мелькнуло у Фрейи-Труди, мы бы знали будущее. Предвидели бы его, не спрашивая пророчиц. А так… просто могучи.

Οна повернулась и пошла к двери – захотелось увидеть, как Нъёрд, её отец, засыпает этот мир градом. Ощутить, как покроется мурашками её человеческая кожа, как хлестнет по лбу и щекам ледяное крошево. Тоже маленькая радость, в ожидании большой…

Это уже было, подумал Харальд.

У него уже случалось так, что тело не слушалось, мысли туманились… где? Когда?

В лесу под Йорингардом, по которому он брел, посерев? В опочивальне, когда коснулся змеи, содранной родителем с его спины? Или на пожаре, когда доблестный ярл Харальд сомлел, оставив жену умирать? В кладовой Вёллинхела, где он встретил хульдру, вeдьму в синем платье? Или на озере Россватен, где он чуть не придушил Сванхильд?

Харальд напрягся – и опять не смог встать.