Капитуляция

Стоило ей выйти из кареты, как парадная дверь дома распахнулась и оттуда выбежала Эме:

Эвелин повернулась и протянула руки к дочери, вне себя от радости, что снова видит её. Даже терзавшая её сердце печаль отступила перед счастьем этой встречи. Эме влетела в её объятия. Эвелин опустилась на колени и принялась укачивать дочь, находя долгожданное утешение в её радости.

— Мама! Ты плачешь! — упрекнула Эме.

Эвелин действительно плакала, хотя не проронила ни единой слезинки после смерти мужа. За последние несколько часов, прошедших с момента её неприятного открытия на пляже Лоо-Айленда, она пролила немало слез.

Эвелин поразило то, что Джеку Грейстоуну удалось так больно её ранить.

И они обошлись даже без самого короткого — не говоря уже о самом сердечном — из прощаний. Джек на своем судне доставил Эвелин к бухте, расположенной у дома её дяди. Это короткое путешествие заняло чуть больше часа. Все это время Джек провел за штурвалом, вытянувшись в струну, в то время как Эвелин стояла у леерного ограждения спиной к нему. Он злился, она была поглощена своими страданиями.

Джек не проводил её на берег. Это сделал один из его людей.

Эвелин хотела оглянуться на Джека через плечо, посмотреть на него в последний раз, но удержалась. Она буквально заставила себя не оглядываться.

— Я всё ещё грущу по твоему отцу, — ответила Эвелин дочери. О, как же ей не нравилось лгать Эме! — Но я так счастлива видеть тебя, дорогая!

— Мне тоже грустно, мама, но Лоран брал меня с собой в трактир — ты только посмотри, какой у нас теперь щенок! — Эме просияла улыбкой.

Эвелин поднялась, увидев, что из дома вышел Лоран, а перед ним уже несся, виляя хвостом, пухлый рыжевато-коричневый щенок с маленькими висячими ушами.

Щенок был размером со взрослого лабрадора.

Лоран робко улыбнулся ей.

— Сука мистера Трима ощенилась, и мы пошли посмотреть на щенков. Эме так настаивала, мадам. — Улыбка вдруг исчезла с его лица, а в глазах отразилась тревога. — С вами всё в порядке?

Эвелин моментально забыла о том, что с появлением щенка в их доме ещё более остро встанет проблема с едой. Джек просил верить ему, но его слова звучали не слишком-то убедительно. И всё же в этот момент она поняла, что не сможет выдать его Лорану.

Она осознала, что решила молчать на эту тему вовсе не из-за опасности, которой подвергнет себя излишними откровениями. Неужели она всё-таки решила поверить Джеку, даже несмотря на то, что ситуация казалась очевидной?

— Наше путешествие прошло неудачно, — ответила Эвелин.

Глаза Лорана округлились.

Она мельком взглянула в глаза верному слуге, а потом опустилась на колени, чтобы погладить щенка, который прыгал вокруг неё.

— А ну-ка перестань, — сказала Эвелин псу. — Как его зовут?

— Ее зовут Жоли, — ответила Эме.