Капитуляция

— И это не просьба, — сказал Джек так притворно мягко, что она задрожала. — Я должен обсудить с ним важные дела. И даже не вздумай подслушивать.

Именно это она и собиралась сделать. Худо-бедно ей удалось изобразить натянутую улыбку.

Он холодно улыбнулся в ответ.

— Я только что узнал, — мрачно сказал он. — Как он?

— Ты в курсе, что Джек здесь?

— Да. Ходят слухи, Эвелин, и для него неразумно оставаться здесь ещё дольше. — Он пристально взглянул на неё. — Мой дворецкий сказал, что его избили, и теперь он оправляется от своих травм здесь.

— Его сильно избили, Трев, у трактира «Черный вереск». Но сегодня ему немного лучше.

Тем не менее он едва ли может переехать куда-нибудь в таком состоянии. — Эвелин даже представить не могла, как Джек перенесет поездку в карете. — Он только что проснулся и хочет тебя видеть.

Тревельян направился к лестнице.

Эвелин схватила его сзади за руку.

— Почему он хочет тебя видеть? Ты знаешь, кто это сделал и почему? — быстро спросила Эвелин. Если Джек не говорит ей об этом, возможно, всё прояснит Трев.

— Мне не известно, почему он хочет поговорить со мной, но я знаю Джека вот уже много лет и надеюсь помочь ему выбраться из любых неприятностей, в которые он угодил. — Трев успокаивающе улыбнулся ей. — Да и как я могу что-то знать об этом нападении?

Эвелин взглянула ему в глаза:

— Я уже начала задаваться вопросом, не втянут ли и ты в эту войну.

— Эвелин, у меня огромное поместье, которым нужно управлять. У меня нет времени на войны и революции.

Эвелин мрачно улыбнулась Треву, уже нисколько не сомневаясь в том, что он тоже участвует в военных операциях, хотя она не могла предположить, каким образом.

— Он хочет поговорить с глазу на глаз. Поднимись наверх.

Джек сидел на краю кровати, крепко сжимая ребра, в которых так и пульсировала боль. Мысли лихорадочно метались в сознании, голова раскалывалась. Джек почти не помнил поездку в повозке в Розелинд, зато в памяти четко всплывали все, даже самые мельчайшие подробности нападения, а заодно и угрозы Леклера в адрес Эвелин.

И теперь, когда она вышла из комнаты, Джек мог дать волю своему беспокойству и не скрывать побледневшего лица. Слава богу, с ней всё было в порядке!

Но Эвелин не могла по-прежнему жить в Розелинде в одиночестве. Джек не мог допустить этого. Очевидно, что его враги подумывали использовать её в своей игре, чтобы заставить его вести себя так, как им хотелось.

Джек никак не мог поверить в происходящее и окончательно оправиться от потрясения. Сейчас он твердо знал, что, проявив интерес к Эвелин, подверг её серьезной опасности. Если бы он не пригласил Эвелин на Лоо-Айленд, если бы не занялся с ней любовью, Леклеру никогда не пришло бы в голову угрожать ей.