Капитуляция

И слабо улыбнулся, пожав плечами. — Мое участие в работе сети можно охарактеризовать выражением «по мере необходимости». Я предпочитаю помогать именно так.

Обойдя кровать, Трев спросил:

— И кто же из твоих «друзей» это сделал?

Джек взглянул на него.

— Я работаю на обе стороны, Трев, причем довольно давно.

— Так я и думал, — отозвался Трев. — Значит, можно предположить, что на тебя напал тайный агент республиканцев? Ведь, несмотря на то что капитан Барроу и ему подобные мечтают тебя повесить, они вряд ли стали бы возиться, избивая тебя, тогда как могли бы получить удовольствие — и награду, — глядя на твою голову в петле. Да и Уорлок никогда не подверг бы опасности своего собственного агента. У него есть другие способы приструнить непослушного шпиона.

Это замечание заставило Джека задуматься. Неужели Трева вынудили работать на разведку?

— Мои французские приятели подозревают меня в предательстве, — тихо сказал Джек. Ему пришлось сесть. Это нехитрое движение причинило адскую боль, и его лицо исказилось гримасой.

— Но они правы, не так ли? — Трев налил бренди в единственный стакан, стоявший на тумбочке, и вручил его Джеку. — Ты можешь на всю страну разыгрывать из себя беспечного торгаша, готового оказать услугу тому, кто предложит самую высокую цену, и это щекочущая нервы игра, но мы оба знаем, что это неправда.

Джек сделал глоток виски:

— Я и есть торгаш. Радуюсь каждой прибыли, которую получаю. В сущности, я так привык к роскоши! И наслаждаюсь своим богатством.

— Ты наслаждаешься, когда за тобой охотятся. Наслаждаешься, когда охотишься сам. Ты наслаждаешься опасностью, и обязательно влез бы в эту игру по самые уши, даже если бы это не принесло тебе ни пенни! Не могу придумать, чтобы кто-нибудь подходил для роли двойного агента лучше тебя, Джек.

Трев знал его слишком хорошо, так что Джек решил не спорить.

— Меня предупредили, что следует сменить объект своей преданности, — сказал Джек, вспомнив об угрозах в адрес Эвелин. Все внутри застыло от страха за неё. И он мог сколько угодно отрицать это, но его чувства к Эвелин не изменились. Сказать по правде, теперь они казались даже сильнее, чем когда бы то ни было.

Леклер хотел знать, когда состоится вторжение на полуостров Киберон. И как теперь Джек мог утаить эту информацию? Но, с другой стороны, он не мог поставить операцию под угрозу.

— В этом-то и проблема, разве нет? — заметил Трев. — Ты можешь сколько угодно разыгрывать безразличие ко всему и утверждать, будто работаешь на обе стороны исключительно ради преумножения собственного богатства. Но я-то знаю, что ты не можешь сменить объект преданности, потому что в конечном счете ты — такой же патриот, как и я.

Трев взял бутылку бренди.

Джек кивнул, и Трев отхлебнул из бутылки.