Капитуляция

— Мне стало известно, что вы приютили врага государства, мадам, человека, которого разыскивают по обвинению в государственной измене. Где Джек Грейстоун?

Эвелин почувствовала, что её парализовал страх, но с усилием ответила:

— Вы ошибаетесь, сэр. Я ни за что не приютила бы врага этой страны.

— Я узнал об этом из достоверного источника, да и сплетни гуляют по всей деревне.

— Я никогда не обращаю внимания на сплетни, и вам тоже не стоит их слушать. Что же касается вашего источника, то он или она ошибается.

Барроу медленно улыбнулся ей.

— Если не возражаете, мы обыщем дом и участок вокруг него. — Он повернулся и дал знак своим людям.

Паника нахлынула на Эвелин. Джек скрылся в туннелях? Может быть, он попытается спрятаться в конюшне? Или попробует покинуть поместье? В любом случае он просил задержать солдат, и именно это ей и следует сделать.

— Простите, капитан, но, как видите, мы сегодня очень заняты, поскольку собираемся уехать в столицу. Вы выбрали крайне неудобное время, чтобы перевернуть всё мое домашнее хозяйство вверх дном. Надеюсь, моего слова будет достаточно. Мистера Грейстоуна здесь нет.

Он в упор уставился на неё.

— Хотелось бы напомнить вам, графиня: оказывая ему пособничество, вы тоже совершаете тяжкое преступление, влекущее наказание в виде тюремного заключения и высылки из страны.

Эвелин ожесточилась.

— Его здесь нет, сэр.

— В таком случае, боюсь, — что вашего слова недостаточно. Помимо прочего, я узнал из очень авторитетного источника, что вы дружны с Грейстоуном. Так что мы собираемся обыскать дом, конюшню и земли.

— А у вас есть соответствующие бумаги, документы или даже, если угодно, что-то вроде ордера? В противном случае не думаю, что вы можете вот так запросто вламываться в мой дом!

— Разумеется, я могу обыскать этот дом, и для этого мне не требуется ордер или какие-то особые полномочия. — Барроу снова расплылся в холодной улыбке. — Идет война, графиня.

Он обернулся и махнул своим пяти людям, уже спешившимся, приказывая им войти в дом.

Эвелин пришла в ужас. Её могут арестовать. Конечно, она всегда помогла бы Джеку, но как её угораздило вляпаться в такое положение? Все было бы по-другому, если бы дочь так в ней не нуждалась.

Эвелин оставалось только молиться, чтобы капитан не обнаружил Джека.

Когда его люди вошли в дом, Барроу обернулся к ней:

— Почему бы вам не присесть, мадам? В гостиной, если не возражаете.

Эвелин поняла, что это была не просьба. Они с Лораном встревоженно переглянулись, когда Барроу добавил:

— И вы тоже, любезнейший. Будьте добры, сядьте и оставайтесь там, пока я не попрошу вас выйти.

Глубоко вздохнув, Эвелин направилась в гостиную с Лораном. Там она уселась на диване вместе со слугой, который взял её за руку.