Хозяйка Мельцер-хауса

 – Да, в жизни не всегда получаешь то, что хочешь, верно?

Гумберт сделал отрицательный жест, он не мог говорить: по ощущениям его горло превратилось в одну сплошную рану.

– Каролина, – произнес фон Хагеманн с нежной интонацией. – У нее много общего с Китти. Темные волосы, большие глаза, маленькие круглые груди, она стройная и гибкая. Красивые ножки… Каролина де Гриньян. Ей всего семнадцать, и мать присматривает за ней, как дракон за горой золота.

Он прервался, потому что в этот момент рядом раздался взрыв. Последовал оглушительный грохот, громче, чем все, что они слышали до сих пор, следом вспыхнуло яркое огненное зарево.

Они бросились на землю, вокруг них все трещало, сыпалось, содрогалось, казалось, сейчас все обвалится. Послышались крики солдат, вырванных из сна.

– Они захватили склад боеприпасов!

– Вот сукины дети! Вы слышите, как они ликуют?

Действительно, в промежутках между взрывами слышались крики французов, они орали от восторга, стреляя из винтовок.

– Осторожно, они сейчас пойдут в наступление! – крикнул фон Хагеманн, поднявшись с земли вместе с упавшим на него брезентом.

 – Все на позицию! Оружие наготове! Отбить атаку!

Он кашлял и ругался, потому что люди не спешили занять свой пост. Гумберт с трудом выпутался из мокрого брезента и, спотыкаясь, побрел за винтовкой. Ночная тьма теперь озарялась вспышками желтого и красного пламени, короткие взрывы, следовавшие друг за другом, сотрясали землю. Склад находился на расстоянии не более двухсот метров, он был довольно глубоко вкопан в землю и укреплен каменной кладкой. Либо это было случайное попадание, либо кто-то выдал врагу, где находились боеприпасы.

Гумберт столкнулся с товарищами, спешившими на свои позиции, в то время как ему – как всегда, отставшему – нужно было сначала достать свое оружие и, вероятно, еще перезарядить его. Теперь действительно началась атака французов. Немецкие траншеи были разворочены минами, вокруг то и дело гремели оружейные залпы, раздавались приказы, трещали деревянные доски.

– Вот они! – услышал он голос фон Хагеманна сквозь весь этот хаос. – Не торопитесь, ребята. Каждый выстрел должен попасть в цель.

Ни один француз не перелезет через колючую проволоку, даю голову на отсечение.

Гумберт сбросил плащ и потянулся за винтовкой, но ее не было на месте, должно быть, кто-то перепутал и забрал вместо своей. С больной головой, дрожа от холода, он вскарабкался на бруствер, где товарищи, лежа за мешками с песком, стреляли в наступающих французов. На них надвигалась целая армада – все больше и больше темных фигур мелькало перед глазами; петляя и шатаясь, они приближались к немецким позициям.