Когда закон бессилен

 — Будь моя воля, Граф, я бы тебя без суда и следствия расстрелял!

— Я Богу пару свечей поставлю за то, — ответил сидевший перед ним Граф, — что нет у тебя этой самой воли.

— Ба! — весело удивился вошедший в кабинет поджарый мужчина в штатском. — Какие люди! Неужели сбежал и пришел с повинной?

— Освобожден по помилованию, — протягивая ему справку, недовольно сказал майор. — В столицу приехал на жительство. Ему здесь мать Фомича квартиру оставила.

— А знаешь, — усмехнулся поджарый, — с одной стороны, я даже доволен — не придется мне за тобой по всей России раскатывать.

Здесь-то мы тебя живо спеленаем.

— Мечты, мечты, — Суворов улыбнулся, — где ваша сладость. Знаете, господин-товарищ-барин, — весело сказал он, — имею удовольствие разочаровать вас. Я приехал в златоглавую только для того, чтобы продать свою, завещанную мне Марией Павловной Фомич квартиру. Потому что с деньгами у меня сейчас крайне плохо, — вздохнул он. — Те сбережения, которые я оставлял на черный день — ведь пенсию мне, увы, платить не будут, — пропали. Реформа денежная, мать ее за ногу!

— Значит, был курок-то? — с интересом спросил поджарый.

 — Все-таки, Граф, это ты взял кассира на Вологодчине.

— Боже упаси, — засмеялся Суворов. — Просто так, кое-что наскреб на черный день. И вот теперь меня постигло крайнее разочарование. И знаешь, начальник, если бы не квартира, за которую я могу выручить неплохие деньжата, я бы уж вам пару сюрпризов оставил. Правда, года не те, — он развел руками. — Но, как говорят герои американских боевиков, еще в норме.

— А ты, говорят, перекрестил подошву правой ноги, — внимательно глядя на него, сказал поджарый.

— Вот это я понимаю — работа, — с уважением отметил Граф.

 — Все знаете. Это, наверное, опер, сука, настучал. Телеграмму отбил или по телефону? — спросил он.

— Как со здоровьем-то? — ушел от ответа поджарый. — В прошлый раз тебе крепенько досталось. Но, знаешь, ты все-таки хоть и бандит, но мужик. Другого только раз по уху съездишь — прокуратура замучает. А тебя ведь…

— Забыто, — улыбнулся Граф. — Тут расклад простой. Я ведь не карманник, который при аресте боится вам мундир испачкать. Просто если бы тогда я успел ствол достать, кто-то из вас покойник был бы. Хоть и брали вы меня ни за что.

Но хрен его знает, — Суворов усмехнулся. — Поэтому вытащи я тогда ствол, стрелял бы. Ведь группа захвата не мальчики с водяными пистолетами. Так что хоть вы и покоцали меня прилично, понять можно. А вот когда такой боров, — он кивнул на майора, — до печенок обидно.

— Ты это! — строго прикрикнул майор. — Не особо здесь…

— В общем, все, — поднялся Граф. — Беседа прошла на высоком интеллектуальном уровне. Вы сказали то, что должны были сказать. Я выслушал. Сделал выводы и посему арриведерчи.