Конец сказки

Эй, малой, сбегай на поварню, еще соли с перцем принеси сюда! Только не все бери, а то что мне потом, пресную репу жевать, как смерду?!

Через несколько минут Кобалога принялись обстреливать уже не на шутку. Держать рты закрытыми у него не получалось, и в них то и дело залетало все новое угощение. Разохотившийся князь принялся пробовать и другие пряности, велел доставить ему все острое, жгучее и соленое. Оказалось, что шафран, кардамон и гвоздика Кобалогу безразличны, а вот горчицу и имбирь он не полюбил даже сильнее перца.

– Тоже свой вкус имеет, – глубокомысленно молвил Всеволод.

 – Ишь.

Какое-то время Кобалог упрямился. Катался по-прежнему, колотился в стены, орал благим матом и угрожал страшными карами. Но в конце концов ему стало совсем уж невкусно, а стены Владимира поддаваться по-прежнему не поддавались. Сделал Кобалог еще один последний виток – и укатился вдаль.

Когда он скрылся за небоземом, все выдохнули с облегчением. Одолели чудовище, спровадили. Только радости все едино не было – ведь смертию-то Кобалог не помер и даже не поплохело ему толком. Так, соленого с острым накушался – вот уж беды-то.

Отплюется небось, водичкой рты пополощет – да и вернется.

А коли и не вернется – то ведь не дома у себя сидеть будет. Еще куда покатится, к другому какому городу. А там стены не так прочны оказаться могут.

– Адская Голова тебя в покое не оставит, княже, – пробасил Муромец. – Не знаю уж, отчего он пробудился, но теперь всем худо будет.

– Ну и что мне делать с этим? – сварливо спросил Всеволод.

– А ты глаза зажмурь покрепче, да под лавку спрячься! – ласково посоветовал Мирошка. – Глядишь, и сгинут поганые, аки сон вчерашний.

– Язык у тебя больно острый, – недобро глянул на него князь.

 – В следующий раз тебя Кобалогу кинем. Может, тоже сгодишься.

– Нельзя меня Кобалогу кидать! – ухмыльнулся Мирошка. – Без меня при твоем дворе одни дураки останутся! И ты сам при них – князь дурацкий!

Князь аж побагровел от злости. Но сдержался, не стал срывать досаду на юродивом. Велел только кликнуть воеводу Дуная – дело неотложное, мол.

Неспокойно было сегодня синее море. Ходуном ходили волны, вздымались к тучам седые буруны. Но златоперый сокол крыльями резал потоки ветра, вонзался клювом в холодный воздух.

И не в таких непогодах бывал Финист. Не такие пучины видывал. Сбился давно со счета, сколько разных царств посетил.

Путешествовать вообще гораздо проще, когда вместо рук у тебя крылья.

Часами сокол-оборотень кружил над водой, Морского Царя кликал. Утомился уже.

Известное дело, коли дух-хозяин не восхочет, ты к нему не то что в гости не попадешь – увидеть не сумеешь. А Морской Царь – он тоже дух-хозяин, хоть и особливо серьезных размеров. По сути – просто очень важный водяной.