Нам не узнать друг друга сразу

– Оля! Кто-то обидел? Что произошло? – Опустившись на колени напротив рыдающей на краю кровати меня, неймарец осторожно сжимал мои руки.

– Люблю тебя, наверное, за все это! – прошмыгала я, и потянулась к нему с намерением обнять, спрятать лицо на груди мужа, понимая, что выгляжу и веду себя неадекватно, пугая его. – Даже несмотря на то, что такой злыдень!

Рассудок от всего навалившегося за сегодня, видимо, не выдержал и безоговорочно сдался на милость сердца.

– Оля… – Столько сдерживаемых эмоций, столько силы и страсти было в его глухом полустоне. А потом меня обхватили уверенные руки, на миг сильно-сильно прижав к себе и подняв, осторожно опустили уже на кровать.

Закрыв глаза, прислушиваясь к собственным ощущениям, просто доверилась ему.

Никаких сил о чем-то думать, оценивать свои или его поступки, тем более брать инициативу в свои руки не было, да и желания делать это тоже. Просто в кои-то веки почувствую себя женщиной – слабой, мягкой, желанной, любимой, в конце концов! Сейчас все, что было за пределами объятий моего неймарца, меня не интересовало. Вообще! Словно исчезло, оставив нас во Вселенной только вдвоем.

– Дейрана… – Даже это их название жены звучало для меня возбуждающе. – На животик повернись.

Ой! Совсем погрязнув в своих робких предвкушающих фантазиях, рожденных томительными касаниями его рук и губ, я настолько выпала из реальности, что не заметила, что уже пребываю в состоянии раздетости. Вернее, легкой одетости – собственно, тот голубой простой комплектик остался единственным рубежом на страже моей скромности. Как-то быстро он все так… И на животик еще? Ой, зачем?

– Погоди-ка, – сделала я попытку замедлить ход происходящего, но договорить возможности не дали, ловко перевернув меня на живот, причем так аккуратно и точно, что я только нижней частью лица оказалась на подушке, что не мешало носу дышать, но совершенно лишало способности к речи.

– Мм… мм… – сделала я очередную попытку сообщить о том, что происходящее несколько настораживает. Вот только почему-то затуманенный тактильным восторгом от быстро заскользивших по моим бедрам и спине рук мозг выдавать отказывался.

– Массаж, – пророкотал искушающим тоном Гайяр, – это то, что доктор Тинараг прописал расстроенной красавице для укрепления нервной системы.

Причем параллельно с напряженным пыхтением судорожно пытающегося собраться в кучу растекшегося мозга я с отчетливым трепетом ощутила на своей, кажется, резко ставшей сплошной эрогенной зоной спине его обжигающее дыхание. И все! Оформившаяся в сознании мысль: «Я же девственница» – полноценного развития так и не получила, бесславно канув в Лету, потонув в потоке моих невообразимых ощущений.