Нам не узнать друг друга сразу

Спустя несколько минут я уже неимоверно радовалась и подушке, которую остервенело кусала, и невозможности что-то произнести, ибо тогда бы шумно дышала и стонала, как новобранец, впервые преодолевающий полосу препятствий.

О-о-о! Умру на месте неминуемо! От того, что неймарец делал с моими тылами, хотелось просто сдаться на его милость и стыдливо авансом согласиться на все-все. Мой неопытный в этих вопросах мозг по ощущениям тихо упал в глубокий обморок от такого шального напора, оставив меня на волю победителя. О-о-о! Умру наверняка! Если остановится… Он кусал, прикусывал, лизал, согревал дыханием, гладил, царапал, мял и с усилием абсолютно везде самозабвенно тискал меня, заставляя уже рыдать и конвульсивно взбрыкивать в водовороте головокружительно-сильных ощущений.

Было совсем не до того, что меня как-то неощутимо лишили последнего оборонительного редута, и теперь страстно сминали беззащитную попку большущими ладонями, периодически награждая ее обжигающими хлопками. А потом неимоверно ласково и медленно-медленно, заставляя меня в тщетном стремлении поторопить с вожделенной лаской, вскидывать ноги и колотить ими по также обнаженным спине и бедрам устроившегося на мне мужчины.

Когда мне начало казаться, что вот он – невыносимо острый и невообразимо восхитительный конец моей жизни, и вот еще миг, еще секунда – и меня разорвет на атомы от бурлящего восторга, неймарец отстранился от меня, породив неосознанный стон протеста, и тут же решительно снова рухнул сверху. Уже всем телом накрыв меня, укутав собой каждый сантиметр моей плоти, максимально прижался, упершись сильными руками в кровать по бокам от меня.

И замер на миг. Замерла и я, уже ощущая зарождающуюся где-то глубоко внутри дрожь предвкушения.

А потом он с невероятной интенсивностью принялся тереться об меня своим телом, сразу везде. Губы в страстном стремлении вобрать в себя частичку плоти покрывали поцелуями мои плечи и шею, изредка немного прикусывая и заставляя меня испытывать особенно острое наслаждения. Твердая грудь, по ощущениям, растерла каждый кусочек моей спины, разогнав вскипевшую кровь и заставив спину гореть в предвкушении тягуче-ласковых касаний широких ладоней, несущих охлаждающую прохладу и выписывающих на моей коже незнакомые узоры.

Эти же ладони успевали стремительно проскальзывать ниже, обхватывая полушария попки, и даже искушающе медлительно опускаться между ними, легкими прикосновениями все шире раздвигая мои ноги и раскрывая меня.

Я же стонала, глухо молила, кричала от безумной, накрывающей меня волны страсти. Хотелось еще и еще, больше и сильнее. И бесконечно, бесконечно…

– Не останавливайся! – Крик ли, шепот ли – не знаю.