Ночь поцелуев

Гейбриел вздрогнул и изменил положение — хороший знак!

— Поцелуй меня, — прошептала она и вежливо добавила: — Пожалуйста.

Он жадно прильнул к губам, а она изо всех сил обвила руками его шею, как будто только объятие могло спасти ее в надвигающемся шторме. Прошло несколько долгих пьянящих мгновений, прежде чем Гейбриел прервал поцелуй и пробормотал:

— Хочу, чтобы это продолжалось всю ночь, но…

— Если ты не перестанешь так тереться, встреча окажется короткой и принесет разочарование.

— Мне нравится, — призналась Кейт с улыбкой и снова поерзала. — Сразу становится тепло. И мягко. А еще… — Она смущенно порозовела. — Влажно.

Гейбриел сжал ее лицо руками, бережно коснулся губами губ. Кейт почувствовала, как настойчиво стремится к цели его мужское естество.

— Да, — выдохнула она. — Пожалуйста.

Гейбриел обжег ее взглядом. А мгновение спустя…

Он оказался больше и горячее, чем подсказывало воображение. Проникнув внутрь, Гейбриел замер и что-то неразборчиво прошептал.

Кейт запустила пальцы в его густые волосы и выгнулась, стараясь оказаться к нему как можно ближе.

Гейбриел качнулся вперед, и Кейт вскрикнула, но не от боли, а от внезапно нахлынувшего ощущения чрезмерной, почти невыносимой полноты.

Гейбриел отстранился.

— Больно? Говори, милая. Продолжать совсем не обязательно. Можно…

— Пожалуйста, — прошептала Кейт.

— Пожалуйста, прекрати? — Он приподнялся и снова посмотрел в ее лицо. — Очень больно?

— Не можешь принять? — подсказал Гейбриел.

— Нет, черт возьми! — воскликнула Кейт. — Продолжай! — Она с силой прижала его к себе.

Гейбриел просиял счастливой улыбкой.

— Вот оно что! — Он одобрительно усмехнулся и снова пошел в наступление.

Кейт инстинктивно выгнулась и прильнула к нему, стремясь слиться воедино. Да, он оказался огромным, сильным, настойчивым. Настолько, что на миг стало страшно — вдруг не хватит терпения?

Гейбриел мощно рвался вперед до тех пор, пока дыхание не превратилось в череду хриплых стонов, а на коже не заблестел пот.

— Милая, — послышался его срывающийся шепот. — Нужно, чтобы ты… — Но голос замер и Кейт не успела узнать, что делать с охватившим ее безумием. К счастью, растерянность продолжалась недолго: где-то глубоко внутри словно вспыхнул пожар, и мир разлетелся на сотни ярких осколков.

Горячие волны захлестывали Кейт, уносили все выше, пока она не закричала от восторга и не воспарила в голубом пространстве.

Они долго лежали, слившись в объятиях, а потом снова любили друг друга — теперь уже медленно и нежно. Ночной воздух становился все свежее, и спустя некоторое время пришлось забраться под одеяло.

— Пора идти, — прошептала Кейт на рассвете.

— Я чувствую себя настоящим Ромео, — отозвался Гейбриел. — Только не говори о жаворонках, моя Джульетта.