Сумерки

— Кажется, я слышу шаги твоей мамы, — сказал он, снова усмехаясь.

— Не уходи, — вскрикнула я, и меня охватил необъяснимый приступ паники. Я не могла отпустить его — ведь он снова мог взять и исчезнуть!

За долю секунды он оценил градус страха в моих глазах.

— Я не уйду, — торжественно пообещал он и улыбнулся. — Я лучше вздремну.

Он поднялся и переместился с твердого пластикового кресла рядом со мной на ярко-голубую кушетку из искусственной кожи, стоявшую в ногах кровати. Он откинулся назад, закрыл глаза и неподвижно застыл.

— Не забудь дышать, — саркастическим шепотом напомнила я. Не открывая глаз, он сделал глубокий вдох.

Теперь и я услышала маму. Она говорила с кем-то, должно быть, с медсестрой, ее голос звучал устало и напряженно. Мне хотелось вскочить и побежать к ней, утешить, пообещать, что все будет хорошо. Но, поскольку вскакивать я пока была не в состоянии, пришлось, сгорая от нетерпения, ждать ее лежа.

Дверь со скрипом отворилась, и она заглянула внутрь.

— Мам! — прошептала я голосом, полным любви и облегчения.

Она мельком оглядела неподвижную фигуру Эдварда на кушетке и на цыпочках подошла ко мне.

— Все время тут — как привязанный! — пробормотала она про себя.

— Мама, я так рада тебя видеть!

Она наклонилась, нежно обняла меня, и я почувствовала, как на мои щеки упали ее теплые слезы.

— Белла, я так переволновалась!

— Прости, мам! Сейчас уже все хорошо, правда, — утешала я ее.

— Какое счастье наконец увидеть твои открытые глаза! — она присела на край моей кровати.

Я неожиданно поняла, что даже приблизительно не знаю, какой сегодня день.

— И сколько времени они были закрыты?

— Сейчас пятница, зайка, ты пробыла без сознания какое-то время.

Я была в шоке. Я постаралась вспомнить, какой был день, когда… но мне не хотелось думать об этом.

— Тебя пришлось подержать на лекарствах, потому что было очень много ран…

— Тебе так повезло, что там был доктор Каллен. Он такой хороший человек… хотя и очень молод. И больше похож на фотомодель, чем на доктора…

— Ты познакомилась с Карлайлом?

— И с сестрой Эдварда, Элис. Такая приятная девушка…

— Да, очень, — от всего сердца согласилась я.

Она глянула поверх плеча на Эдварда, лежавшего с закрытыми глазами на кушетке.

— Ты мне не говорила, что у тебя в Форксе есть такие хорошие друзья.

Я вздрогнула и тут же застонала.

— Где болит? — с тревогой спросила она, поворачиваясь ко мне. Эдвард открыл глаза и посмотрел мне в лицо.

— Все в порядке, — заверила я обоих. — Я просто забываю, что мне нельзя двигаться.

Он снова погрузился в сон.

Я воспользовалась тем, что мама отвлеклась, и сменила тему — нельзя было позволять ей углубляться в расспросы по поводу моей скрытности.

— А где Фил? — быстро спросила я.

— Флорида… Ой, Белла! Ты ни за что не догадаешься.