Тень Миротворца

Чего ж в морду-то сразу? — сделал я обиженное лицо, внутренне похохатывая.

— И правда, Август Карлович, чего в морду-то сразу? — полковник откровенно наслаждался спектаклем. На что штабс-капитан невозмутимо ответил:

— Так неожиданность — есть одна из сторон добывания истины. Рефлексы не подделаешь, господин полковник. Вам ведь знакома история о преторианцах Гая Юлия Цезаря, которых он лично отбирал в охрану?

— В общих чертах. Он, кажется, бил их по лицу или оскорблял публично. Если воин краснел, он брал его к себе, если бледнел — изгонял с позором, считая трусом.

Но налицо совсем другая картина, штабс-капитан. Посмотрите на Гаврилу, после вашего удара кожа на его лице не только не поменяла цвет. Он даже позы на стуле не изменил!

— То-то и оно, Виталий Валерианович. Я впервые вижу подобное спокойствие и отменную реакцию. Ведь ясно же, что путём напряжения мышц шеи и спины он сохранил устойчивость.

Я всё больше начинал себя чувствовать объектом исследования двух натуралистов. Но диспут между полковником и штабс-капитаном, едва начавшись, таки не продолжился.

— Гаврила Никитич, прежде чем я сделаю вам моё предложение, не сочтите за труд, выполните одну мою просьбу.

Как вы и сказали, по-простому без всяких хитростей, — Корн расстегнул китель и достал из-за пазухи железный прут чуть больше полуметра длинной и не более полсантиметра толщиной с какой-то маленькой рифлёной головкой на конце, — это шомпол от мосинки, закалённая сталь. Мои солдаты сгибают его, используя только пальцы в кольцо наподобие браслета на запястье. Попробуйте… — он протянул мне железку.

Я повертел в руках шомпол. Ружейная сталь, упругий. Вроде сломаться не должен.

И медленно, глядя в глаза штабс-капитану, стал наматывать шомпол на указательный палец, стараясь чтобы каждый тур кольца прилегал плотно к предыдущему. Спустя минуту у меня получилась своеобразная стальная пружина. Металл изрядно нагрелся, я вытер слегка вспотевшие ладони о полы шинели и протянул стальную загогулину офицеру.

— Как-то вот так, господин штабс-капитан. Пойдёт?

Крон взял в руки стальную пружину, бывшую ещё минуту назад шомполом и не сдержал вздоха.

— Предлагаю, господин полковник, распить вместе сегодня вечером полудюжину призового шампанского за здоровье Государя Императора и щедрость земли сибирской, дарующей таких людей, как Гаврила!

— Хм, пожалуй, не откажусь.

Но просто пить, даже во славу государя, — моветон. Распишем пулечку?

— Зачем же? Пригласим свитских офицеров для ровного счёта.

— Не возражаю. Осталось сущая безделица, уломать этого упрямца, господин полковник.

— Он в вашем распоряжении, Август Карлович, — Самсонов, кивнув мне на прощанье, скрылся в соседней комнате.

— Скажите, Гаврила.